наука, изучающая взаимосвязь почерка и характера человека. Индивидуальный почерк человека – своего рода ДНК. С годами он меняется, конечно, в нем могут проявляться признаки, указывающие на изменения человека, например, болезнь и прочее, но основные черты все равно сохраняются. Из девяти образцов различных почерков, Илларион безошибочно указал на анонима, дав ему краткую характеристику. Остальные ребята без троек сдали выпускные экзамены, но уступили Кораблину в сумме баллов.
Илларион чувствовал себя неловко – коллеги, особенно Царев и Валееев, несравненно опытнее и грамотнее, успели побывать в различных спецоперациях. Царев – так тот под легендой ходил на стрелку с бандитами, знает, почем фунт лиха, и тут эти несчастные пятерки. И Валеев посмотрел вроде как-то не так. Поэтому Илларион принял решение.
– Товарищ подполковник, разрешите обратиться, – Илларион открыл дверь в кабинет заместителя начальника Высших курсов по учебной работе Владимира Сергеевича Осипова.
– Слушаю вас.
– Товарищ подполковник, Илларион Кораблин, лейтенант Приволжского управления. Последний, третий экзамен, считаю, сдал на не отлично, допустив несколько ошибок. Преподаватель не принял их во внимание и поставил мне пять. Считаю, это необъективно и несправедливо. Мои товарищи, более опытные, и то сдали на четыре. Разрешите отменить оценку.
Осипов с интересом смотрел на Кораблина, с таким вопросом он сталкивался впервые, но он все понял, опыт есть опыт.
– Товарищ лейтенант, если вы думаете, что вас могут осудить товарищи, то вы их не поняли, уверяю. Да они даже не подозревают о ваших предположениях. Получить отличные оценки на экзаменах – это еще не критерий замечательной будущей работы. Оценки оправдаете отличной, подчеркиваю, отличной практической деятельностью, в любом случае.
– Но, товарищ подполковник…
– Кру-у-гом. Я все сказал. Желаю удачи. Шагом марш!
Визит в бандитское гнездо
Главная улица славного города Уральска Старообрядская была одной из его достопримечательностей с очень удачными архитектурными ансамблями ХIХ века в стиле модерн и не менее причудливыми решениями века текущего. Улица имела протяженность около километра, все деньги небогатых муниципалитетов направлялись на благоустройство и поддержание приличного вида своеобразной витрины города, чем еще более усиливался контраст с другими, менее счастливыми и значимыми городскими артериями. Публика, бегущая по своим канцелярским делам или праздно прогуливающаяся, была одета соответствующе этому яркому, современному уличному облику. Витрины новоявленных буржуазных магазинов зазывали скромный и в душе еще советский люд вывесками мировых брендов телевизионной и радиотехники, фальсифицированной гламурной европейской одежды, невиданного широкими массами элитного забугорного алкоголя. «Будут деньги – будет все!» – этот лейтмотив