о рядом с ней мужчину.
Затем боязливо переступила порог, аккуратно поставила сумку с вещами на пол и робко осмотрелась. Судя по открывающемуся из коридора виду, это был просторный и светлый дом, построенный из толстых и увесистых сосновых бревен. Майя, едва касаясь кончиками пальцев, провела рукой по деревянной стене. Стена была гладкой, но при этом настолько филигранно обработанной, что, несмотря на свои ровные формы, сохранила первозданные прожилки и витиеватые древесные узоры, из которых местами виднелись капли золотистой смолы, застывшие как маленькие янтарные ядрышки. Девушка мгновение поколебалась и, все-таки не сдержав сиюсекундного порыва, понюхала стену. От стены исходил сладкий и немного медовый аромат соснового бора, запах первого похода за грибами в высоких резиновых сапогах и шуршащем на ветру дождевике, а еще от стены пахло предновогодней суетой, деревянной коробкой с игрушками и елочными украшениями. «Ну, конечно! – усмехнулась сама себе Майя. – А чем еще может пахнуть тридцатого декабря?!»
– Костик, наконец-то, – практически пропела низким голосом, вышедшая им навстречу женщина в просторной брючной пижаме, словно позаимствованной с мужского плеча.
Женщина была среднего роста, с русыми до плеч волосами пепельного оттенка и небесно-голубыми глазами. Она подошла к спутнику Майи и, взъерошив ему волосы тонкими длинными пальцами, едва виднеющимися из-под широких рукавов пижамы в бледно-синюю полоску, нежно коснулась его щеки своими чувственными губами.
Константин не смутился от такого теплого приема, а, напротив, ответил женщине взаимностью, зарывшись в ее распущенные волосы. Этот жест показался Майе очень интимным и одновременно таким уютным, что она невольно вздрогнула от кольнувшей сердце ревности. Ее мозг лихорадочно пытался понять, кто эта женщина.
– Ирина, – представилась она и пояснила, не переставая любоваться Костей, – мама этого прекрасного мужчины. А вы, должно быть, Майя?
Майя тут же прокляла себя за глупые мысли и, потупив взгляд, кивнула в знак согласия.
– Очень приятно! – женщина тепло улыбнулась и пожала девушке руку.
Ее пальцы были сухими и холодными, словно она только что зашла в дом с мороза, что ничуть не удивило Майю – она почему-то была уверена, что у такой женщины должны были быть именно такие руки: матовые, будто высеченные из мрамора, с розоватыми коротко стриженными ногтями. На секунду Майе захотелось сжать свои пальцы в кулак, чтобы никто не обратил внимания на ее яркий малиновый лак. В этом светлом доме с мраморной хозяйкой он казался вульгарным и неуместным.
«Ааааа! Он приехал!» – раздалось откуда-то из недр дома, и в ту же секунду в коридоре появился источник шума и радостного визга в лице рыжеволосой девушки, которая практически влетела в коридор и, подбежав к ним, прыгнула Косте на шею.
– Сумасшедшая, какая же ты у меня сумасшедшая, – засмеялся тот в ответ, закружив рыжеволосую красотку.
Майя во второй раз за последние пять минут вытаращила глаза, с недоумением разглядывая девушку, которую теперь сжимал в объятьях ее парень. Такая же тонкая и изящная, как Ирина, с еще более белой и мраморной кожей, практически прозрачной и от этого словно светящейся изнутри легким бледно-голубым сиянием, она олицетворяла собой вечную молодость и какую-то магическую красоту. У нее были длинные, слегка волнистые волосы красивого медного оттенка, немного раскосые глаза и пушистые длинные ресницы. Как и встретившая их женщина, девушка была тоже в свободной мужской пижаме в красно-белую клетку, которая подчеркивала красивый цвет ее волос и ненавязчиво обволакивала ее стройную и упругую фигуру.
Майя непроизвольно втянула живот и тут же почувствовала, как кровь прилила к ее лицу, а по позвоночнику пробежал ледяной холод. «Они что здесь, совсем не едят?!» – с легким раздражением подумала она, пытаясь не обращать внимания на то, как противно сосет у нее под ложечкой.
Всю свою сознательную жизнь Майя только и делала, что безуспешно сидела на диетах, попеременно впихивая в себя то гречку на воде, то рис, запивая это противными чаями со вкусом соломы, обещающие ей самый что ни на есть ускоренный метаболизм, максимально глубокое очищение и, естественно, феноменальное похудение. Но несмотря на все эти титанические усилия, Майя по-прежнему оставалась слегка полноватой девушкой, которая могла только мечтать о таком гибком и сухом теле, как у этой рыжеволосой бестии, обвивающей, как лиана, сильное тело ее парня.
– Знакомь, – прыснула по-прежнему восторженная рыжая, которая, наконец-то оторвавшись от Кости, бесцеремонно начала разглядывать Майю.
– А это – Майя, – ответил он чуть неуверенно, почесав затылок.
«Мне кажется или он меня стесняется?» – пронеслось у Майи в голове, в то время как она, натягивая улыбку, зачем-то протянула незнакомке руку и теперь сжимала в ней еще одни холодные мраморные пальцы.
– София, – ответила девушка, широко улыбаясь. – Я сестра этого красавчика, – добавила она смеясь.
«Сестра… Ну конечно же сестра! Он же мне говорил, что у него есть сестра!» – выдохнула Майя с облегчением.
– Давайте заходите