окончательно.”, – вспомнилось мне одно из изречений моей любимой бабушки.
И хотя я был с ней согласен, всё-таки мне надо было подготовиться, перед тем как идти дальше. Ведь я кое-что осознал, когда открыл эти врата. Мне нужно отказаться от комфорта, что предоставил мне этот этаж. От идеи сюда вернуться, и пройти через врата, не оглядываясь назад.
Немного посидев, и придя в себя окончательно, я решительно двинулся туда, откуда пришел: в самую первую комнату, где на тарелках лежали свежие, мягкие, вкусные, бесконечные, и такие далекие от моей повседневности – хлебные лепешки. Взяв тарелки с лепешками, и переступая порог этой своеобразной столовой, я заметил, что стол, на котором раньше стояли тарелки, исчез. Дойдя с тарелками и лепешками до сухого дерева в последней комнате, я положил их рядом с ним, и снова пошел обратно, на этот раз во вторую комнату с искусственным водопадом и ямой. Взглядом ища кое-что определенное, и всматриваясь сквозь туман намного пристальнее, я обнаружил в углу объект, который искал. Это было небольшое ведерко, которыми носят воду и ополаскиваются в банях. Наполнив ведерко водой, и переступая порог этой комнаты, я услышал, как шум сзади меня резко исчез. Комната в мгновение оказалась полностью сухой, без тумана, только яма по центру. Чувствуя всё ту же тяжесть ведерка, а после убедившись и собственными глазами, я понял, что воды, похоже, нигде больше нет, кроме как в этом ведёрке. Осталось лишь аккуратно, не разливая, донести его до дерева, что было сделано хоть и не идеально, но с максимальным трудолюбием и осторожностью. Поставив ведро рядом с деревом и тарелками-лепешками, вытерев “потенциальный” пот (потому что его, конечно, не было) со лба, осталось дело за малым. И для этого задания мне понадобился верный друг моей бабули, то есть меч, который до селе я даже не вынимал, а в будущем, возможно, буду это делать куда чаще, если на то будет необходимость. Вытащив меч из ножен, я пошел в последнюю нужную мне комнату с желе-полом. Вонзив клинок в пол, начал наворачивать им круги, и сделав несколько полных оборотов, смог достать из пола цилиндрический кусок, засунув его себе в подмышку; и опять сделав шаг за дверь в другую комнату, решил обернуться и осмотреться, но комната осталась такой, какая и была. Ничего не изменилось. И тогда, наступив на этот пол, я не провалился – он был твердый. И эту комнату затронули изменения.
Положив кусок пола рядом с другими вещами около дерева, приготовления оказались закончены. Оставался лишь финальный штрих. Разломав обе лепешки и желеобразный цилиндр на мелкие кусочки, я все это начал закапывать в землю под деревом. На тарелках не появилось новых лепешек, и я решил еще и сами тарелки закопать в землю, поглубже. И все это сделав, вылил всю воду из ведерка на корни дерева и почву, удобренную благами цивилизации.
“Теперь я пуст. Теперь я чист. Теперь я свободен.”, – промелькнули мысли в моей голове, сопровождавшиеся небольшой тоской и одновременно легкостью в груди.
Посмотрев на дерево, я не ждал какого-то эффекта. Тем не менее было ощущение,