и правнуки русско-татаро-осетино-адыгейских казаков, а также потомки многих других народов и кровей, смешанных в разных пропорциях как генетическое тесто, ходят в местную школу. Их родители живут кто в дальних и ближних городах, а кто здесь же, поскольку работа для них тут есть всегда, но не всегда популярная разве что, тяжкая, агрокультурная. Ну, а старшее поколение всё ближе к земле стремится: здесь и здоровье, и достаток, и покой, и счастье. Если жить не лень ещё, конечно – для души.
А что? У каждого человека должна быть жизнь по его размеру, это так. И в разные годы размер этот разный – нельзя же всех под один гребень свести, известно. И в разных местах земли свой размер найти можно, главное – захотеть. Вот с этим-то как раз и бывают у многих людей непонятки, и когда они начинаются, то из них рождаются-вытекают разновсяческие пустые проблемы и хлопоты. Человеку вообще свойственно быть счастливым, ну а всё свободное от счастья время уходит на лечение. После работы, которая не приносит радости, приходится лечиться – нужна реабилитация.
Вот, индусы издревле считают священным животным корову-кормилицу, и не зря. Добрая большеглазая скотина встарь была мобильной и безотходной мини-фабрикой по производству целого ряда экологически чистых продуктов питания. Эдаким терминалом брюхорогой популяции с беспроводным управлением – источником здоровья, силы и молодости. Это животное и посейчас спасает жизнь многих людей, так не признавших дёрганый городской тик своей стихией. И не только в Индии это так – повсюду.
Дядя Стёпа, сухой жилистый русский человек под семьдесят, которого язык не поворачивается назвать стариком, начал мечтать о корове, как только у него появились внуки. Город – это пекло, душегубка, газопылевое облако со множеством отдельных камер, а родная станица пустует. Зачем, почему? Тётя Зоя, его жена, медлительная и добрая домовитая осетинка, пенсионерка, работала всю жизнь школьной учительницей в Краснодаре. Не очень она знает, с какой стороны подходить к корове и как. Потому долго была против приобретения. Но дядя Стёпа оказался настойчивее, и мечта его сбылась.
Корова-трёхлетка у дяди Стёпы рыжая, холёная, лоснящаяся, будто породистая собака. Она не похожа на грязную тварь типичного приокского стада. Зорька знает, что когда дядя Стёпа берёт металлический гребешок, то ей следует лечь, поднять голову и вытянуть копыта. Тогда хозяин почешет ей шею и сделает копытный маникюр-педикюр. Приятно – как на курорте. Даже увесистому и туповатому животному с большими ресницами.
Ранним утром дядя Стёпа расчешет и обмоет своей корове бока, а также уделит внимание полугодовалой телочке. Жаль будет расставаться с Зорькой, когда её дитя подрастёт, но двоих питомцев в одиночку вполне осилить разве что молодому казаку можно. Не на мясо, а в хорошие руки он Зорьку определит тогда. Как же можно друзей резать? Если хочешь мяса, то лучше уж не успей подружиться с ним, пока оно живое ещё.
У дяди