и нервно вдыхал дым. Генрих обошел забор, заглянул за шлагбаум. На территории завода были люди в костюмах и милиционеры в форме. Он не смог разглядеть свой склад из-за деревьев, но видел, что все рядом стоящие здания опечатаны красной лентой. На их складе осталось восемь тонн геро.
Глава 12
Москва. Наше время
С одной стороны пластиковой коробки свисали четыре провода, на конце каждого – кожаные лямки. С другой стороны выходили резиновые присоски, очень похожие на электроды от кардиографа. «Детектор лжи, – подумал Ян, – для проверки на детекторе нужны основания. Вряд ли полиция успела сделать анализ порошка, да и в такой дыре наверняка нет нужного оборудования, – размышлял он, – эти показания не примет ни один суд». Боров застегнул лямки на запястьях и щиколотках, Ян почувствовал холод от металла с внутренней стороны ремешка. Потом полицейский расстегнул ему рубашку и прикрепил шесть электродов к груди.
– Это – «электрошок», – сказал светловолосый полицейский, – наша специальная разработка. Умная штука, она будет бить тебя током поочередно с разных концов контакта, пока ты не расскажешь все, о чем я тебя буду спрашивать. Не убьет, но будет очень больно.
«Нет, – подумал он, – они не посмеют. Это незаконно. Они просто пугают, пытаясь выбить признание, но ничего не сделают». Но боров включил прибор в розетку. Светловолосый закурил и пристально смотрел на Яна.
– Вы не имеете права, вас за это посадят, – сказал Ян.
Светловолосый потушил бычок о столешницу и кивнул борову. Тот включил аппарат и вдавил зеленую кнопку. В тот же миг через все тело прошел разряд. Ян чувствовал, как ток прорвался от груди до ног и какая-то невидимая сила ударила в голову. Он рефлексивно дернулся от пронзающей боли, но не мог кричать. Мускулы свело судорогой. Металл на лямках обжигал руки. В комнате запахло горелой кожей. Потом светловолосый махнул рукой и боров отпустил зеленую кнопку. Адская машина выключилась.
– Это был пробный заряд, очень слабый. А теперь рассказывай! – прокричал светловолосый.
Ян молчал. Боров крепко держал его за волосы.
– Рассказывай! – кричал полицейский. – Ты хоть представляешь сколько людей умирает от этой дряни? А! Я тебе скажу! Больше миллиона жизней в год вот это дерьмо забирает, вот это, – он тыкал Яну в лицо маленький пакетик с порошком, – ты в своем фургоне смерь везешь, гнида. Рассказывай!
Полицейский ударил Яна по лицу. Он почувствовал соленый привкус крови во рту.
– Ты о них подумал? О матерях! Каково им смотреть, как их дети сгнивают заживо. Загоняют себе в вену эту дрянь, а потом в овощи превращаются.
Полицейский говорил правду. Конечно, Ян понимал, что героин делал с людьми. Но как иначе спасти маму? Он просто не представлял себе другого выхода. Где взять деньги на лечение? Получается, чтобы вылечить маму, он косвенно убивает других. Ян решил, что уйдет со службы, как только маме проведут операцию и она поправится. Но пока слишком рано. Светловолосый повернул тумблер