p>Я представлюсь. Звать меня Лиза Фёдорова. Сейчас учусь на первом курсе консерватории. Мечтаю об оперной сцене. Петь я любила всегда, и родители постарались сделать всё, чтобы их любимое чадо исполнила свою мечту. Ну, и я стараюсь, как могу, чтобы моим родителям было легче меня обучать. Не дешёвое это удовольствие консерватория.
– Лиза, – настаивали девчонки, – не хорошо. У Маруси сегодня день рождения. Живём в одной комнате, а ты отделяешься. Что тебе? Часом позже подготовишься, часом раньше. Мы в бани идём, Сандуновские. Это же историческое место. В общем, возражения не принимаются. Собирайся.
– Ну, хорошо, – отложила я учебники, – пойду с вами.
Вот это красота! Зря я, конечно, не хотела сюда идти. Я не понимаю ничего в архитектуре, но впечатляет. Трёхэтажный дворец с бассейнами под стеклянным куполом. SPA процедуры. Великолепный СПА центр с двухсотлетней историей.
– Ну, что девочки, – Проговорила Маруся, – ещё раз в парилку и домой. Лизок, как тебе? – Я показала большой палец. – Вот, а ты идти не хотела.
– Спасибо девочки, что уговорили. Здесь так красиво. А интересно, как они выглядели с самого начала? Надо почитать историю.
Почему – то в парной было очень жарко и воздух такой тяжёлый. Я на секунду прикрыла глаза.
– Лизка, открой глаза, упарили девку, – незнакомый голос. И меня никто, никогда Лизкой не звал, – квасу, квасу холодного. Охте, Божешь ты мой. Выступать девке вечером, а она упарилась. Открой глазки. Что же я матушке Екатерине скажу.
Я открыла глаза и осмотрелась. Закрывала глаза я точно не в этой комнате. Пол и стены деревянные, рядом мечутся не знакомые женщины в длинных белых рубахах. Надо мной склонилась пожилая, тоже в рубахе, седые волосы заплетены в две косы.
– Ой, – перекрестилась она, – пришла в себя, угорела милая. – Запричитала женщина, – испей кваску, девки с ледника принесли.
– Где я? А девочки где? – Я села на лавку и с любопытством осмотрелась. И тут мой взгляд упал на ноги. Они были белые, можно сказать молочного цвета. И полные. Я никогда не была толстухой. Глянула на руки, белые пышки. Других ассоциаций нет. – Зеркало дайте, – скомандовала я.
– Зачем тебе? – Поинтересовалась женщина, но поднесла к моему лицу овал зеркала. Оттуда на меня смотрела чужая девушка. Я прикоснулась к лицу, трогаю себя и зеркало подтвердило это. Но в зеркале была не я. На меня смотрела миловидная девушка, с большими глазами, аккуратным носиком, алыми губками. Волосы крупными волнами лежали на плечах. Но это была не я.
– Кто я и как меня звать? – Уставилась я на женщину при этом не испытывая никакой паники. Мне почему-то хотелось пожать плечами ну, не я и не я и Бог с ним.
– Ох, тыж, упарили! – Всплеснула руками женщина, – ой батюшки святы, что же матушке говорить-то будем? Лизонька ты Фёдорова. Вспомни. Матушка императрица тебе фамилию новую дала Уранова. Планету такую шибко учёные дядьки открыли. Матушка Екатерина и дала тебе эту фамилию на счастье. Вспомни, милая, – причитала женщина, – тебе сегодня на сцене Эрмитажного театра оперу исполнять. Вспомни. Дианино дерево. Ну?
Лиза Фёдорова это я. Но Уранова? Ух ты! ЛИЗА УРАНОВА. Я Лиза Уранова? И я сегодня дебютирую на сцене эрмитажного театра? С партией Амура? Я? Здорово! Перед самой Екатериной Великой. Партию эту я знаю хорошо. Мы её в консерватории уже репетировали.
– Всё не причитай, – обратилась я к женщине, – вспомнила всё, – тётка бухнулась на колени и начала креститься.– Ты только напомни, кто ты и как звать тебя. Ну, не всё я вспомнила.
Тётка покосилась на меня, сказала, – Так Марфа я, тут в бане, помогаю, значит.
– Хорошо, Марфа, помоги одеться и пусть меня кто домой отведёт, упарилась я всё же.
Просто куда идти домой я и не представляла. Марфа помогла мне влезть в кучу юбок, завязала не туго корсет, помогла надеть шляпку. Вот всё это я ни за что на себя бы не смогла надеть. Представления не имею, как это делать. Я старалась запомнить, как нужно одеваться. Насколько я помню историю, у Лизы Урановой прислуги не было.
Две девицы проводили меня до театрального пансиона Казасси, где я и проживала.
Сдав меня на руки какой-то девчонки они, перешёптываясь, пошли назад. И было от чего шептаться. Я шла по Санкт-Петербургу. Вертя головой во все стороны. Я никогда не была в этом городе, только читала, и вот, сюрприз.
Комнатка оказалась маленькой. Небольшая печурка у входа, кровать, рядом сундук, застеленный домотканой дерюжкой. У окна стол, рядом со столом табурет. В углу у печки на лавке таз и ведро с водой. Вот и всё убранство. Да, я читала, что известнейшая дива Санкт – Петербурга восемнадцатого столетия жила в нищете, но что так! Ладно, я хоть и не из богатой семьи, но и не нищая. Исправлять надо. В комнате было довольно прохладно, и я решила затопить печь, а уж потом отправляться в театр. Надеюсь, без сопровождающих найду дорогу.
В дверь постучали.
– Лизонька, – донёсся из-за двери звонкий девичий голос, – мы с девочками тебя ждём, спектакль скоро. Осталась ты и Надин. Поторапливайся, мы во дворе. – По коридору застучали каблучки.
Вот