этими экспонатами, и завтра уже попробуем найти что-нибудь интересное. Не уверена, правда, что мы что-то найдём, так как в своё время целая группа археологов изучала их вдоль и поперёк. Но мало ли. Финн, убери, пожалуйста, колбы в холодильник, и сейчас все вернёмся к работе. Пока я серьёзно не представляю, зачем мы их принесли и что надеемся найти.
Никто не сопротивлялся. Берггольц послушно взял поднос с колбами и пошёл к холодильнику на другой стороне помещения. Проходя мимо стола, он взглянул на скипетр. Глаза на навершии в виде головы ящера зияли чёрной пустотой. По всему было видно, что там должны быть драгоценные камни, но сейчас они были инкрустированы тьмой. Она заглянула в глубину души Финна, она позвала его, и он на мгновение потерял сознание. Он даже не упал, лишь пошатнулся, но этого хватило, чтобы одна из колб упала с подноса. Она с дребезгом ударилась о металлическую столешницу лабораторного стола, травяной отвар, некогда бывший в кувшине, разлетелся брызгами вокруг, попав на всё в поле зрения. Были забрызганы и приборы, и находки на столе, и все четверо сотрудников. Именно в этот момент Карл решил зайти и поинтересоваться успехами.
– Финн! Что ты делаешь? – вскрикнула Дарья.
– Простите! Я не знаю, что случилось, голова закружилась, – он говорил быстро и виновато, суетился, не зная, куда себя деть, но боялся уронить ещё что-то с подноса. – Я не специально! Правда, простите. Я сейчас же всё уберу.
– Для начала убери остальные колбы в холодильник, пока и их не разбил, – голос у Дарьи был очень строгим, а в глазах читалось негодование. – Вот где-то умный человек, а где-то аж страшно за тебя становится!
Она хотела было вытереть брызги, попавшие ей на лицо, но оно было уже сухим. Дарья посмотрела на Ника и Карла, на их халатах также не осталось и следа. Можно было бы подумать, что ей всё привиделось и на самом деле ничего не произошло, но Ник также судорожно стал оглядывать свою одежду, а мистер Гатри взял в руки скипетр и разглядывал его.
– Я понимаю, в кожу или одежду жидкость могла впитаться, но не в металл же.
– Я думаю, – неуверенно вставил Ник, – она не впиталась, а испарилась. Это логичнее, правда, это не объясняет, почему она не делала этого, пока мы её изучали.
– Халаты и маски сдать в химчистку и всем промыть руки и лица. На всякий случай. Если кто– то почувствует себя плохо, не играйте в героев и сразу же обращайтесь за медицинской помощью, – на этих словах Дарья вышла из лаборатории.
До конца рабочего дня ничего особенного не происходило. Все работали над оформлением новых находок, Дарья не выходила из своего кабинета. В лабораторию никто не заходил.
Тяжёлые мысли набросились на Дарью и не давали нормально работать. Марк Сэливел, её отец, археолог и исследователь, пропал без вести несколько лет назад при невыясненных обстоятельствах. Воспоминания о нём нахлынули с новой силой из-за этих событий, но отогнать их было бы несложно, как она делала это и раньше, однако же, сейчас это было словно наваждение. Дарья никак не могла сосредоточиться, и в какой-то