очередное: «Ха!», или: «Есть!». Вдруг Ник вскочил, и, не глядя на коллег, вышел в кабинет, лишь небрежно бросив: «Щас вернусь».
Пока Дарья проводила измерения кувшина, а Финн вёл протокол и записывал результаты, Ник что-то нашёл в компьютере и распечатал текста на пару десятков листов. Взяв всю эту пачку бумаги с собой, он вернулся к пробиркам и микроскопу.
Так прошёл примерно час. Дарья за это время провела полный осмотр изучаемой ими глиняной посудины. Затем очистила внутреннюю стенку от остатков отвара и выяснила, что по всей поверхности кувшина изнутри идут надписи. Как их туда нанесли, оставалось загадкой не меньшем, чем: как их теперь прочитать? Наконец, Дарья громко вздохнула и села на стул: «Может, немного отдохнём?»
– Да, – слегка задумчиво ответил Ник, – пожалуй, стоит.
– Давайте чайку, может, дёрнем? – Финн, судя по всему, единственный не особо и устал. Хотя, строго говоря, он особо ничего и не делал, а, скорее, наблюдал за процессом.
Все трое вернулись в кабинет и развалились на стульях.
– Теперь осталось придумать, кто нальёт чай, – с милой улыбкой проговорила Дарья.
– Так это, пусть новичок наливает, – ехидно бросил Финн.
– А чё я-то? – Нику такой расклад сил явно пришёлся не по вкусу, – кто придумал, тот и вода!
– Справедливо, – Дарья слегка ухмыльнулась.
Недовольно ворча, Берггольц собрал по кабинету три кружки, за четвёртой зашёл к Дарье в кабинет и пошёл на кухню. Гатри ненадолго отвлёкся от работы, сухо поинтересовался успехом исследований. Дарья рассказала о жидкости, о необычном, практически идеальном состоянии кувшина, о надписях на внутренних стенках.
– Теперь осталось придумать, как эти надписи прочитать, – подытожила она.
– Ну, – на секунду Карл задумался, – в отделе рентгенологии и спектрального анализа есть эндоскопический сканер. Они с его помощью снимают изображения внутренних поверхностей различных находок, куда просто так не залезть. Кажется, это как раз ваш случай.
– Отличная идея, – Дарья явно воодушевилась, – спасибо большое. Схожу к ним чуть позже.
– Без меня тут что-то обсуждаете? – Финн вернулся, неся сразу четыре кружки с чаем, на манер официантки с Октоберфеста.
– Да не особо, – Ник принял чай, – спасибо! Но Карл придумал, как узнать, что написано внутри кувшина.
– О! Класс! Как сможем считать всё это, дальше я займусь. Языки – это моя тема! А чё там с отваром-то? – он вперил взгляд прямо Нику в душу.
– Пока я нашёл следы трифолина и изотрифолина, салициловой и иботеновой кислот и мусцимола.
– И что это значит? – Финн с важным видом демонстративно громко отпил чай.
– Скорее всего, в составе есть клевер и мухомор. Пить, – Ник с таким же важным видом сделал глоток из своей кружки, – не советую. Хрень, по ходу дела, токсичная и, возможно, слегка галлюциногенная. Уж больно много по концентрации там следов от мухомора.
– А