порыв.
– Не на Украину же возвращаться.
– Аборт пусть делай, – шептала Оля, так чтобы там не было слышно.
– Это точно не твоё дело. Нужно пить противозачаточные. Генофонд вы видите какой. – Настя показала на нас рукой при этом, разминая тонкую самопальную сигарету.
– Как он узнал? – Наташа округлила глаза и казалась, смущена была не меньше само́й Василины.
– Мы же анализы в четверг сдавали, помнишь. – Шептала рыжая.
– Так быстро? Блин, раньше мы по неделе ждали подтверждения.
– Это же Австрия. – Кивнула та в ответ.
– Это же платная клиника, – ухмыльнулась Настя, уйдя курить, на террасу за угол, где мы обычно курили.
– Слышишь, говорит таблетки пила. – Сказала Наташа, – может, всё же не будет…
– Что?
– Ну, беременности не будет. Эти таблетки же против, ну ты понимаешь. Подожди, слышишь.
– Василина, срок предварительно пятнадцать недель, мы здесь только пять. То есть ты десять недель не понимала, что беременная.
– У меня сбой, у меня женских дней по полгода нет.
– Иди в холл, потом поговорим.
Дальше мы были заняты уже тем, что успокаивали её. Через минут тридцать появился Стен, Олег и Сергей.
– Есть и хорошие новости. – Сказал продюсер.
Все напряглись. Неужели её оставят и будет снимать секс с беременной.
– Беременность тоже не такая уж и плохая история.
– Не плохая, но не подходящая. Сейчас о другом. – Продюсер смотрел куда-то поверх наших голов, полагаю, просто не хотел смотреть кому-нибудь в глаза. – Помимо беременности одной из вас, ни у кого в анализах больше проблем нет. Ни в моче, ни в крови. Но… – и он сделал паузу. – Василина, вы должны покинуть студию. Это не то, место, где подобает быть беременной.
На этой фразе все затихли, а её прорвало крупными слезами.
Решено было дать ей успокоиться и всё обсудить в ближайшее время, в студии во царило гнетущее настроение. Съёмки сегодня были провальными. Несмотря на то, что ничего не получалось, но даже кучерявый был притихшим и задумчивым, а вечером словно, найдя причину, залил в себя на пару с Серёгой виски вдвое больше обычного.
Я никогда не думал о детях, никогда не примерял на себя роль отца. Могу сказать, что мне всегда это казалось чем-то нереальным, словно мне ещё пятнадцать и секс – это так, просто шалость. Никто не думал о том, что мы извергаем из себя гормоны, которые могу в любой момент выстрелить. Быть может, всё. С того дня секс без презерватива был запрещён, за исключением заказных, но это было намного позже.
Вечером проходил, тихо разбив всех мелкими группами по три-четыре человека, все перешёптывались отстранёнными фразами, словно избегая невзначай сказать чего-то лишнего. Василина весь день не выходи́ла из спальни, рыжая то и дело выбегала на кухню и оглушительные хлопки дверей, что делала явно нарочно, она убегала обратно в спальню, потом выбегала на террасу покурить и опять убегала обратно.
«Воскресение новой жизни»
Субботний вечер был самым любимым временем всей компании,