про неё! – начинает Олег. – Тут столько утопленников деды вылавливали – мама не горюй. Потом долго запрещали купаться здесь – как не пойдут дети купаться – всегда кто-то, да утопнет. А ночами призраки тут воют, и девиц красивых похищают.
– Да не пужай ты, проклятущий! – говорит Кристина.
– Айда, ребята, купаться! – кричит заводила-Панас. Штаны скинул, голым задом светит – ни стыда, ни совести. Девки-то для приличия очи опустили, раскраснелись, а сами исподтишка поглядывают, как он в Лихую прыгает. За ним и другие ребята.
– Айда с нами, девчонки! – кричат храбрецы, из воды выныривая. Девицы только улыбаются. Тогда Панас начал водою брызгаться, поливать подружек. Сначала ругались, чтоб перестали, а потом решили и красавицы окунуться. Одёжки снимать, конечно, не стали, но грех великий – на Ивана Купала остаться немытым. Первой Алёнка прыгает в бурную речку, за нею Кристина, потом и другие.
– А ты чего, Арыся? Али не любо тебе с нами веселиться?
– Вы идите, искупайтесь, а я догоню!
– Как знаешь, – говорит ей Алёнка.
Ребята резвятся, обливаются, хлопцы ныряют, кто глубже, за ноги девок хватают, чтоб те испугались.
А дочь атаманова на берегу сидит, не милы ей развлечения. Она песни грустные тихо напевает:
– Ой, там, где папороть цветёт,
Мой голубь сизый там живёт.
Он – выше солнца в небесах,
Не сохнут слёзы на глазах…
Поёт себе тихо красавица, и совсем не замечает, как Ивашка из воды вылез, и вот он уже её руки касается губами, и что-то шепчет.
– А давай убежим? А? вместе! Только ты и я! И никого больше. Твой отец ничего не узнает.. А потом вернёмся – он поймёт. Простит – не может не простить. Мы же любим друг друга! Знаешь, как сердце моё загорается, когда на тебя гляжу?
Арыся машет головой. Он не знает отца. Атаман – тяжёлый человек. И упрямый. Не простит никогда. Проклянёт. А мамку пуще прежнего бить станет.
– Чего головою машешь? Али не любишь меня больше?
– Нет, – едва сдерживая слёзы, шепчет Арыся.
Парубок смотрит в её глаза, пытаясь найти в них что-то.
– Прости! – шепчет, сдерживая слёзы, девушка. Он подрывается и уходит куда-то. Она едва не окрикнула его. «Стой!» – уже вертится на языке. Но смолчала.
Нельзя. Тем более так будет лучше для них обоих – пусть он думает, что она его разлюбила. Слезинка катится по щеке, когда она видит, как он скрылся за каштанами.
Отец всё уже решил. Она выйдёт замуж за Степана-воеводу. Это должно стереть межродовые распри. Славянам надо объединяться перед ликом турков и басурман, которые так и норовят Русь-матушку ногами грязными растоптать!
Ребята вдоволь порезвились, и начали вылезать из Лихой.
– А Ивашка куда подевался-то? – спрашивает Алёнка
– Ушёл! – улыбается Арыся. Она притворяется весёлой.
– Ну, и пускай! Расскажем – будет жалеть, когда узнает, как у нас весело! – говорит Панас.
Вдали завыл сыч.
– А знаете, ребята, что народ сказывает? – начинает Панас байку. Любит он сказки