Стеклянный столик. И идеальная водная гладь напротив. Побережье. Ресторан. Много гостей. Столики друг от друга на расстоянии метров пяти. Приглушённое освещение. Тихая атмосфера. Выше терраса. Там гораздо шумнее. Вино. Он вдыхал запах её волос. Понимал, что втрескался безоговорочно. Она лежала на его груди, наблюдая за далью.
– Когда ты говорила, что ты коуч… – задумчиво поделился он, – мне казалось, это что-то глупое… Даже не сразу поверил… Хотя сам работаю в подобной сфере, помогая раскрыться и увидеть себя с другой стороны… Но ты…
– Люди живут по древним меркам, – усмехнулась она, – под одеялом, без света и молча, как мыши. Отсюда и несчастные женщины, не знающие и не понимающие своих тел. Собственной физиологии. Потому что им с детства внушают, что секс – это нечто постыдное. Ужасное и мерзкое. И само занятие становится актом пустых телодвижений. Понимаешь, у мужиков всё чуть проще встаёт. И кончить тоже. И миллионы женщин живут, думая, что они никчёмные. Потому что им, когда сунули, они ничего не испытывают. Всё. Секс – это для двоих. Троих, неважно. Это про то, как можно любить себя и делиться этим с партнёром. Это личное. Но это кайф. Кайф получать удовольствие и делиться им. Кайф ласкать себя: что может быть более личного?! Когда женщина сама себя хочет и не стесняется, её и мужики хотят. Закон. Да, я люблю себя! Да, я обожаю своё тело! Я обожаю секс. И процесс. И оргазм. Это важно. Важно в жизни. В физиологии.
– Сложно спорить… Просто… Я, пожалуй, об этом не задумывался… – ответил он честно.
Лиса же скользнула рукой от его груди вниз, уверенно расстёгивая ремень. Он вздрогнул от прикосновения её пальцев. Удар обухом по голове. И моментальная волна возбуждения, поставившая всё дыбом от её мягких и сильных движений вверх и вниз. Сопротивление бесполезно. Он откинулся на спинку. Она продолжала заводить его.
– Что ты делаешь?.. – шумно дышал он.
Она чуть приподнялась, лаская мочку его уха сначала дыханием, потом влажными губами и, наконец, томительно посасывая. Он сжимал подлокотник, закрывая глаза.
– Вокруг нас люди, – шептала она между делом. – Они живые. И мало кто из них догадывается, что я тебе сейчас дрочу. А кто-то видит и понимает. И их это заводит, даже если они осуждают. Потому что для них это неприемлемо. Нас закрывает столик, оставляя им место для фантазий. А тебе ведь нравится. И плевать.
– Лиса… – взмолился он, понимая, что испытывает очередной оргазм.
Она спокойно вытащила руку из его джинсов, стряхнула. И ополоснула вином из бутылки. Он не мог собрать мысли воедино. Звёзды скакали перед глазами.
– Правда в том… – шепнула она. – Ты сейчас мощно кончил в этом людном месте. И до тебя никому нет дела. А у меня трусики мокрые. И это наш с тобой личный интимный секрет.
Рита потеряла жизненный ориентир и окончательно сбилась с курса. Перед глазами стояла удаляющая машина. И понимание того, что она всё сделала правильно, никак не улучшало настроения. Она закрыла глаза. Болела голова. Нужно было жить дальше. Жить – слишком