Попроси меня. Матриархат. Путь восхождения. Низость и вершина природы ступенчатости и ступень как аксиома существования царства свободы. Книга 3
и пожиткам, но собирать эти доходы гостям и торговым людям; а приказных людей перечесть по приходным книгам, «чтобы государева казна без ведомости не терялась», от такой ревизии приказного хозяйства служилые люди ожидали несомненной прибыли для казны.
Про себя рядовые служилые люди говорили, что готовы «работать государю головами своими и всею душою», но «разорены, пуще турских и крымских бусурманов, московскою волокитою и от неправд и от неправедных судов».
Торговые люди тоже не скрывали своего раздражения против новых приказных порядков, утверждая, что «в городах всякие люди обнищали и оскудели до конца от твоих государевых воевод», и вспоминали с сожалением, как «при прежних государях в городах ведали губные старосты, а посадские люди судились сами промеж себя, а воевод в городах не было», и они указывали на свое обеднение, на остановку торгов, разорение от тяглых служб и податей, от конкуренции иностранных торговцев, которым покровительствовало правительство.
Все выше перечисленные жалобы и предложения сами за себя говорили, что войну следует начинать, проведя коренную реорганизацию практически всех сфер деятельности государства, сопоставимые с реформами Александра II. Немудрено, что ориентируясь на старый способ управления, главным образом отношение к людям, такая война станет возможной лишь более чем через сто лет, во времена Екатерины II.
Выслушав все заявления, правительство решило, что проще отказаться от Азова, чем менять свою политику, уклад страны (т.е. систему взглядов), и отступило перед опасностью продолжительной и тяжелой войны в настоящих условиях. В результате казаки в 1642 г. оставили Азов, разрушив его укрепления.
Соборные «сказки» 1642 г. характерно обрисовывают настроения тех средних слоев населения, которые были главной общественной силой при восстановлении государства из великой «разрухи» – в ополчении 1612 г., на Земском соборе, избравшем царя Михаила, и на ряде соборов первых лет его правления, в их стремлении налаживания государства более близкими по сердцу порядками середины XVI века. Но действительность становилась иной.
Глубокое недовольство усилением приказной системы управления, корыстной и бесконтрольной, усугублялось тем, что ей на счет ставилось общее расстройство экономического быта и государственной силы. Острое раздражение вызывали и новые общественные верхи, обогатевшие царской милостью и собственным мздоимством и отяжелевшие в своем льготном положении. Силы и средства страны казались общественной массе большими, но неправильно распределенными, так, что слишком значительная их часть ускользает от служения государству и земскому делу и пропадает втуне.
Усилиями первого царствования новой династии государство было восстановлено на старых основаниях, руководивших политикой таких строителей царства, как Грозный и Годунов, в своем мировоззрении