Без них увы никуда, и отец Аркадий как никто прекрасно это понимал, и поэтому его связи росли и крепли, а вместе с ними рос и сам митрополит, но только в ином направлении, опускаясь всё глубже и глубже в трясину грехопадения. Грехи сыпались один за одним, поначалу ему как высокопоставленному представителю духовенства и Епархии, было прискорбно за совершённые поступки, но вожделённое тщеславие поработило его полностью. Получая одно, он уже хотел другое и лучшее, получая уже, что-то лучшее он уже оголтело желал ещё более хорошего чем лучшее, и довольно много.
Незаметно для себя он превратился в небожителя, в обитателя Олимпа, где на любую просьбу или пожелание всегда следует законное «Да». За последние десять лет, он ни разу не услышал в ответ «Нет». Гордыня, взращённая на лжи, да удобренная алчностью пропитала отца Аркадия словно губку. Другой, иной жизни для себя он более не видел и чего уж греха таить – не желал, ну а что касаемо его почётной стези священнослужителя, так это работа, обычная работа, которую выполняют миллионы, таких же как он – людей…
Аркадий сидел в своём кабинете молчаливый и грустный. Он никак не мог привыкнуть к тому, что его посещал, и посещал столь странный гость, и начались эти посещения отнюдь не вчера, а несколько лет назад. Он погрузился в раздумье, и чем дольше размышлял над случившимся, тем отчётливее понимал, что дело довольно серьёзное, раз уж пожаловал сам… дьявол.
Смартфон последней модели с эмблемой надкусанного яблока в золотом корпусе, приятно охолодил вспотевшую ладонь священнослужителя, а стразы от знаменитого кутюрье, блаженно скользили по пальцам. Папка, озаглавленная одной единственной буквой «Р», содержала почти триста контактов, хотя никто из окружения Аркадия не знал, что обозначает эта самая буква «Р». Для случайного взгляда, для коллег и других кто ненароком вдруг увидит, митрополит, шутя сообщал, что буква «Р», означает – работа! Вполне приемлемое и логичное объяснение, не требующее дополнительного разъяснения. Сам же Аркадий видел совсем иную формулировку, скрывающуюся за данной буквой – рабы.
Епископ муниципального района в ведомство которого как раз и входило село Дубки, ответил не сразу, как ни как а на дворе глубокая ночь, но зато сколько лояльности и покорности было в его ответе.
– Доброй ночи Леонид Тарасович! Надеюсь, не разбудил вас?– митрополит привык со всеми, кто есть в папке «Р» общаться исключительно на «Вы», ведь подобное общение только поднимало его статус в глазах подчинённых, подобно тому как удав, прежде чем сожрать кролика ведёт себя снисходительно и мило прячется в тени, дабы настроиться на смертельный бросок.
– Нет, нет Аркадий Петрович, я что-то последнюю неделю очень плохо сплю, бессонница мучает. У вас что-то случилось?-
– У вас в районе есть село Дубки, в котором храм, нуждающийся в ремонте, в приходе там отец Владимир! Я вот что подумал, ремонт, поди уж слишком затянулся, не пора ли нам с вами Леонид Тарасович наведаться