И доказать обратное было не возможно. С дядькой Ваней мама вернулась быстро. Он посмотрел на поломку, почесал в затылке.
– Зачем крутили?
– Что крутили? – Не поняла мама.
– Гайку, говорю, вот эту.
– Мы ничего не крутили. Зачем? – Мама совсем отказывалась понимать, что от неё хотят.
– Так я же не дурак, – начал раздражаться дядя Ваня, – вот, откручено, – он указал на соединение труб.
– У меня ключа нет, я крутить не могу.
– Значить сорванец твой. А? Зачем? – Дядька Ваня ткнул в меня пальцем. Сделав вид, что жутко напугался, я заголосил. Испугалась уже мама. Подхватила меня на руки и понесла в комнату.
Дядька Ваня свою работу сделал быстро. Не довольный заглянул к нам.
– Ну, всё. Давай оплату, я пошёл.
– Сейчас, ребёнка успокою. Одну минуту.
Я не собирался успокаиваться. Увидев в двери лицо дядьки, заголосил вновь.
– Пороть его надо, а не успокаивать, – вынес вердикт он. – Деньги давай.
– Вот ваши деньги, – раздосадованная мама, достала кошелёк и не увидела там ничего. Покопалась в сумочке. Непонимающе уставилась на меня.
– Мишуточка, ты ничего не брал?
– Ещё и деньги у матери ворует, – пробурчал дядька.
– Мой сын не вор! – Мама встала на мою защиту. – Не смейте оскорблять.
– Деньги давай. – Пропустив мамину тираду, мимо ушей, повторил мужчина, – или думаешь, пожалею, да скажу не плати.
– Что? – У мамы от возмущения аж дар речи пропал. Сбегав в свою комнату, она вернулась с купюрой в 500 руб., – Этого хватит?
– Много, двести давай.
– У меня нет двести, дайте сдачу.
– Я те че? Сберкасса, деньги давай. – Всё таким же монотонным голосом говорил дядя Ваня.
– Вы же видите, у меня нет двухсот, – мама пыталась держать себя в руках. – Я у вас триста позже заберу.
– Позже не будет, пропью.
– Так, а что делать?
– Деньги давай. Двести.
Мама закатила глаза. Попыталась опять объяснить, что двести нет. Дядька Ваня её выслушал, а в конце маминого монолога спокойно сказал.
– Деньги давай.
От бессилия мама просто начала плакать. Я встал, порылся в маминой сумочке, достал купюру в двести рублей, подал дядьке. Тот хмыкнул, молча взял деньги, и ушёл, громко хлопнув дверью.
Мама растеряно смотрела на меня.
– Там было пусто. Я же видела.
Я пожал плечами, сунул руку в сумочку и достал ещё купюру. Выхватив у меня сумку, она вытрясла всё содержимое на стол. Среди всяких нужных только маме вещей были и деньги. Она обессилено села на диван.
– Мам, что? – Подскочил я к ней.
– Минь, как такое могло быть? Что человек про меня подумает. Как я их не могла увидеть? Я же искала. Стыдобища! – Мама закрыла лицо руками, – каждый раз обращаемся к дяде Ване и тут такое. Как в глаза ему смотреть.
– Мама, ты чего так разволновалась? Отдала же деньги.
– Это ты достал из, а я… – И она разрыдалась.
– Мам