он ни говорил, речь выдавала человека, понимающего мир насквозь, как сучку, и весила тон десять. Тут было также. А небольшие сомнения ко всему рассеяла сладкая льстивая прикидка о работе с Валентиной Львовной. Можно без должности, можно без министерской иерархии. Просто оставить в уравнении сексапильную Боскис.
– Ну погодь, теория вышла капитальная, но по тачке то и по телефону все равно непонятно. Видел я первый отдел… пара хмырей предпенсионных.
– Видел он, ну ёпт твою налево, Глеб, ну как школота. Ну вот давай. Ты мне тут заявляешь, что тебя пасут, так? Как ЖК твой крякнулся типа, как вписался внезапно в другой, покруче. Ну то есть с августа считай. Считай полгода, ага? И чего, действия твои какие? Результат то какой? Ты команду свою рабочую изучил, а университетскую? От всех, с кем контачишь, до самого верха. Биографии хоть читанул, кто откуда выполз, служил, не служил, какие тёрки с кем, а как действует?
– Слушай, ну я ж не с разведроты как ты…
– А ты не придуряйся, Глеба! Привыкай справки наводить. Так мир устроен. На знании, информации, уж ты то должен разуметь, раз наукой занимаешься… Так, ну и сразу, коли ты у меня такой теплый, то имей в виду. Если уверен, что тебя ведут, значит это либо ваши из Росэконома, и тогда просто расслабься, не закидонь. Либо со стороны могут, мало ли, и тут тоже нужно свой коллектив знать по коллегам, потому что если под тебя по непонятным причинам роют, то твои могут и одолжение полезное сделать, если сообщишь им. Ту же мобилу, например, проверить…
Лукавое барсучье выражение растаяло. Отец шмыгнул носом и как бы снова потерял к разговору интерес.
– Предлагаешь им все рассказать, что ли? – удивился Глеб.
– Вариант. Но сам понимаешь, придется засветить, чего не надо. Если ещё не засветил.
Глеб облизал губы. Ноги в тапках больше не коченели. Не дул ветер. Мороз по коже накрывал от отцовских слов. Все это очевидное даже в голову не пришло за долгие месяцы. Ни разу. Штришок, наверное, вполне определенно его теперь характеризовал.
– Есть такое – глухо спросил отец, уставившись в темноту – чего не надо светить?
– Ну это бать, смотря кому и чего не надо – буркнул Глеб.
– Нормально разговаривай. Сам начал. Че там тебя, значит, по политике… митинги-хуитинги, коррупция, Карнавальный?
– Не, херня это все…
– Уже хорошо. А говно это, по закладкам. По Вовке точно знаю, балуется. И у нас в районе, сволочи, весь парк обосрали – отец закашлялся – присутствием, блять, своим с фонариками.
– Тоже тема не моя.
– Не твоя – повторил отец – но прихватить есть за что?
Глеб кивнул.
– Понятно. Считай тогда, что не ты один уже свои секреты знаешь. Знает и еще кто-то. И не просто там абстрактно. Вспоминай тех хмырей, морды ассоциируй, чтобы наверняка. Не факт, что проявятся, может просто смотрят. Но могут и проявиться. Поэтому затихни немного, со староверами своими в интернете не светись. Работа, диссертация, общение по самому ближнему кругу. Достаточно тебе пока. Лишнего