хотели со мной поговорить?
– Да, Шон, всего несколько вопросов.
– О, не стесняйтесь, я изголодался по общению. И, если можно… называйте меня Лис. Знаете ли, передергивает от собственного имени. Что-то вроде синдрома.
Риган кивнул.
– Спрашивайте, – улыбнулся Лис, обнажив клыки.
– Разговор о мутациях, – Гайсин перешел сразу к делу. – Видите ли, перед Марсом мы посетили орбитальную станцию на Плутоне. В подробности вдаваться не стану, но там случилась такая же трагедия. С одной только разницей – погибло командное судно.
– Прискорбно слышать…
– Сначала вспышка, потом перерыв в семь суток, и стремительная мутация. Вы, непосредственный участник событий, как-то можете это объяснить?
Лис с интересом оглядел стол, и налил чай в кружку.
– Знаете, я не первый год занимаюсь селекцией и генетикой, как практик. За прошедший год было время изучить и теоретические труды, и чужие записи… Я усвоил колоссальный объем материала. Прием вручную, так сказать. Нейронное обучение, в виду обстоятельств мне не было доступно. И вот что я вам скажу, господа: объяснения этому нет! Я видел причину, видел симптомы и видел следствие. Иначе как чудом я это объяснить не могу. Вы слышали когда-нибудь о проклятиях?
– Ну, это уж совсем из цикла сказок про черную магию, – усмехнулся Риган.
– А я изучил и этот вопрос, с точки зрения материалиста.
– И к чему пришли?
– Вы посчитаете меня сумасшедшим и отправите в стазис до конца дней, если я это озвучу. Но, поделюсь догадкой, если хотите. Она не имеет практического подтверждения, так, на уровне интуиции и наблюдений.
– Мы слушаем… – Гайсин перестал размешивать сахар и сосредоточил внимание на Лисе.
– У меня такое чувство, что мутации не случайны. И течение их зависит от человека. От его характера, поведения, ценностей, если уж на то пошло.
– Поясните? – абсолютно серьезно попросил Гайсин.
– Помните я говорил про барана? Мой прямой начальник при жизни был упертым, новое воспринимал в штыки, и все в этом духе. А наш бухгалтер всегда была в курсе событий, так сказать сидя в своей паутине, и дергая за ниточки. Плела интриги, выжимала соки из людей. Я готов поклясться, что внешность каждого из моих коллег соответствует поведению.
Лис замолк. Советник, пережевывая слойку с повидлом тщательно обдумывал его слова. Риган следил за этим с интересом, и не спешил с выводами.
– А как вы объясните разницу между вашим состоянием и состоянием остальных коллег?
– Вы знаете, я почти уверен, что все дело во времени. Ведь я сам испытал и стресс, и приступы агрессии, и депрессивное состояние. Были моменты помутнения рассудка, когда я ничего не помнил, и тело не слушалось. Вы не представляете, как долго я привыкал к этим ушам и носу! Невыносимое количество лишних звуков и запахов… Однако, на вторые сутки все как рукой сняло.
– Период адаптации? – удивился Гайсин.
– Точно! Уверен, если бы персонал станции был изолирован, как я, бед бы случилось меньше.
– Но,