фабричных труб, чад от каждой из которых при полном отсутствии ветра постепенно расходился в стороны и, сливаясь с соседними дымами, создавал ужасающий эффект под названием "ночной кошмар Греты Тунберг". То, из чего торчали эти трубы, являло собой гибрид металлургического комбината, угольной электростанции и горящей свалки старых автомобильных покрышек города Спрингфилд. Именно такой представляет себе Цитадель зла любой эко-активист.
Чем ближе Олег подходил к Цитадели, тем чернее и гаже становилась густо усыпанная пеплом земля; каждый шаг поднимал в воздух маленькое пылевое облачко, по неторопливо оседающему следу из которых ещё долго можно было определить направление его движения. Возле ворот в крепость атмосфера оказалась настолько сильно загрязнена, что с лёгкостью оставляла позади не только московскую мглу от лесных пожаров две тысячи десятого года, но и повлекший многочисленные человеческие жертвы Великий лондонский смог тысяча девятьсот пятьдесят второго. Липкий смрад заползал прямо под кожу…
Несмотря на то, что Олег заранее обмотал нижнюю часть лица платком и натянул по самые глаза футболку, он всё равно задыхался и непрерывно кашлял. Казалось, его лёгкие готовы выскочить наружу, чтобы посмотреть: что там вообще такое творится? Голова кружилась, слёзы лились ручьём, однако Олег настойчиво продолжал двигаться вперёд… Ибо совершенно точно знал: на возвращение сил ему уже не хватит.
Ворота Цитадели скорее напоминали проходную завода, чем въезд в замок: рвы, мосты и подъёмные решётки полностью отсутствовали, вместо них дорогу преграждали две не слишком плотно прилегающие друг к другу металлические створки, запертые на огромный висячий замок. На посту у ворот мирно храпели двое гоблинов; ещё двое, сидя на сколоченных из досок ящиках, играли в кости и попыхивали курительными трубками. Смог и жуткая вонь им, похоже, совершенно не мешали. Олег, находящийся на грани потери сознания из-за недостатка кислорода, проковылял мимо гоблинов к небольшой дверце, которую он заметил неподалёку от огромных створок. Гоблины лениво стрельнули глазами на висящий на груди Олега значок и пропустили человека без лишних разговоров, прохихикав, правда, у него за спиной что-то вроде "слабак" и "люди такие неженки".
Внутри здания воздух был немного чище, Олег наконец-то смог отдышаться и начал потихоньку приходить в себя. Он попал в огромный ангар с кучей дверей в обеих боковых стенах и стене напротив; сверху до самого потолка помещение опутывали мостки и трапы, также ведущие к многочисленным проходам. Окон не было, свет давали закреплённые на столбах то ли газовые, то ли керосиновые фонари. В дальнем конце ангара из дыры в стене выезжала лента транспортёра и, срезая угол, через десять метров пропадала в другой стене. По ленте ползли короткие металлические бруски.
Вокруг сновали сотни гоблинов, от их невероятного количества буквально рябило в глазах. Гоблины таскали какие-то непонятные детали, возили на тележках груды горной породы, копались в кучах рассыпанного по полу разномастного хлама… или же просто отлынивали от