разговаривает со щенком. Щенок устанет, уйдёт к себе домой в будку, или где он там живет, и это прекратится само собой. Петя сразу успокоился и даже повеселел.
«И чего ты от меня хочешь, шибздик блохастый?» – поинтересовался у себя в голове Петя, стараясь придать мысленной фразе нагловато-развязный тон. На одноклассников и соседей по двору этот тон всегда действовал обескураживающе.
«Во-первых, я хочу, чтобы ты со мной поздоровался. Как это сделал я, и делают вообще все вежливые люди при встрече. Во-вторых, я хочу, чтобы ты был вежливым», – спокойно ответил щенок. В голосе его не было поучающего тона, но какая-то уверенность и твёрдость ощущалась настолько, что Петя сразу стушевался. А ещё ему вдруг стало стыдно.
«Ну, привет!» – хотел Петя буркнуть щенку недовольно, но в голове это прозвучало жалостно и как-то извинительно. Щенок снова как будто заулыбался и вильнул коротким полукруглым хвостиком.
«Как тебя зовут?» – спросил щенок.
«Я – Петя! А тебя как зовут?»
«Пока ещё никак. Я – абстракция, но ты можешь звать меня Щен»
«Какая абстракция?» – Петя недоуменно почесал подбородок.
«Обыкновенная. Я как бы есть, но меня как бы и нет, – серьёзно ответил Щен и внимательно посмотрел на Петю, – Это сложно тебе объяснить, лучше будет, если ты просто поверишь мне».
«Ты хочешь сказать, что тебя вижу только я? Остальные не видят?» – растерянно спросил щенка мальчик.
«А ты их сам спроси! Ой, прости, я забыл, ты же не можешь, – Щен подошёл к Пете и тронул лапой его ботинок. – Не расстраивайся, это обязательно пройдет».
«Почему ты не знаешь, как меня зовут, но знаешь, что я не могу говорить… ну, то есть, у меня не получается… перестало получаться?..» – Петя перестал смущаться происходящего и теперь говорил у себя в голове немного уверенней.
«Потому что имя не может быть видно, а твои проблемы и горести все у тебя на лице», – щенок слегка вздохнул.
«Как это – на лице? Написаны что ли?» – опять растерялся Петя.
«Не написаны, а как будто нарисованы. Проступают как переводные картинки».
«Ладно, пусть проступают. А почему ты подошёл именно ко мне, ты же эта… абстракция… Зачем я тебе?»
«Ты мне ни зачем, просто я шёл мимо, увидел, что тебе грустно и решил подойти», – щенок сел возле Пети и прижался бочком к ногам, но то ли потому, что он был абстракцией, то ли потому что на Пете было двое штанов: внутри домашние треники, а снаружи толстые штаны с начесом, Петина нога ничего не ощутила.
«То есть ты от меня вообще ничего не хочешь, просто так взял и подошёл?» – продолжал допытываться Петя у щенка.
«Просто так взял и подошёл, – подтвердил Щен. – Это совершенно нормально, просто так подходить и говорить с другими».
Петя принялся вспоминать, подходил ли он когда-нибудь просто так к кому-то: друзьям, родителям, бабушке с дедушкой, одноклассникам, соседям, и не смог вспомнить. Он даже и не заметил, что они со Щеном уже шли неторопливым