ушей, и стараясь как можно быстрее покинуть место собрания клуба любителей четвероногих. Это было несложно, собака ей досталась любопытная, и возиться по газону часами в одной и той же стае не хотела, а, бросив игру, всё подбегала и подбегала к людям, словно зазывая хозяйку идти за собой вперёд, в манящую даль парка.
Сегодня утром Маргарите Васильевне почему-то снова и снова вспоминалась прошлая офисная жизнь. По какой-то странной причине завзятые бездельники считали бухгалтерию наиболее подходящим местом для проведения досуга, чем-то средним между курилкой и любимым ирландским пабом, куда обязательно стоило зайти, поделиться новостями, послушать свежие сплетни или просто «отметиться» хотя бы два-три раза в день. И тут было уже сложно не поддерживать разговор, хотя бы вполуха слушая жалобы на начальство и сомнительной интересности истории, потому что прослыть в офисе неприятным человеком и противопоставить себя «дружному» коллективу означало надолго обречь себя на дополнительный и чрезмерный ежедневный негатив, а кому это, в конце концов, нужно-то?
Маргарита Васильевна извечно вела вынужденные разговоры о каких-то домашних солениях, странных секретах хороших хозяек, малоприятных личных качествах не присутствующих здесь сотрудников и, конечно, о множественных мужских недостатках.
Особенно противной собеседницей, излюбленными разговорами которой являлись гнусные мужские поступки, была юрист Эльвира. Неприятная женщина немногим за сорок, почему-то приняла осторожную доброжелательность Маргариты Васильевны за дружеский интерес, и ежедневно изводила её разговорами о своей неудачной личной жизни и аналогичных тенденциях среди родственниц и подруг. Особенно доставалось некоему Сергею – мужу юристовой подруги, который вообще был так себе, ни рыба ни мясо, нормального обеспечения семье предоставить никогда не мог, а вот глядите-ка, всё время тратился на свои собственные развлечения: то солдатиков каких-то понакупит втридорога и красит потом целыми выходными, то из бумаги оригами, видите ли, мастерит, то малюет картины некрасивые дорогими импортными красками, а потом вообще в конец обнаглел и завёл себе собаку, никого не спрося, ни с кем не считаясь. А собака-то активная, терьер какой-то, и не дешёвая, ей витамины и корма нужны дорогие. А он сам на работе прибавку никак получить не может, за счёт жены живет, так в издевательство ещё и собаку свою назвал – Альфонсо. Как бы издевается, паразит.
Рассказы про ужасного Сергея больше всего раздражали Маргариту Васильевну, и она каждый раз старалась или выйти из кабинета якобы по срочному делу, или хотя бы просто перестать слушать юриста Эльвиру, но та неизменно продолжала пересказывать бытовые драмы своей подружки, иногда для привлечения внимания меняя громкость и тембр голоса.
Последний раз Эльвира приходила незадолго до объявления всеобщего карантина и сообщила, что негодяйскому