высоко подняла плечи, точно собралась драться, хотя во взгляде так и сквозила неуверенность. Крики внизу нарастали.
– Не надо, Адайн. Ты делаешь неправильный выбор. Ты нужна своему отцу и нам. – Аристократка встала еще ближе, а заговорила тише: – Я знаю, кто ты. Дети Аша могли наговорить разного, но они неправы. Твой отец хочет лучшего, поверь. Прошу, я не хочу держать тебя, но мне придется.
Решение было принято мгновенно – словами Олвия слишком напоминала Эль, и обе они нуждались в человеке, который покажет жизнь, не прикрытую слащавыми улыбками да шелком.
– Идем со мной. Мы защитим тебя хоть от У-Дрисана, хоть от кого, обещаю. – Адайн потянула девушку к выходу. – Ты заслуживаешь другой жизни.
Олвия качнула головой. Ладно. Каждый сделал свой выбор.
Мир оделся в золото, через воздух протянулись нити магии, и Адайн, сцепив зубы, коснулась их, точно перебирала гитарные струны. Все материалы она ощутила так четко, словно могла разобрать их по на мельчайшие частицы. От земли в комнате было немного – только старое, потерявшее всякую жизнь, дерево, из которого были сделаны пол, каркас кровати…
Тело бросило в жар. Боль мгновенно вцепилась в виски, голова, казалось, пульсирует, и с каждым ударом сердца пульсация нарастала. Померкло золото нитей, Адайн уже не находила в себе сил даже на взмах рукой.
Держа пальцы переплетенными, Олвия усмехнулась:
– Не тебе говорить, чего я заслуживаю. Свое место я знаю, и оно мне подходит.
Адайн, обессилев, села на пол. Что-то сказать… Надо. Ответить. Мысли будто пробивались сквозь стену, а слова не шли вовсе, вставая в горле комом.
– Я же сказала, ты нужна нам, а значит, ты не уйдешь от меня. Не после того, сколько я тебя терпела.
Олвия наклонилась к Адайн. От образа скромницы не осталось ничего: глаза у нее были холодными и жестокими, а улыбка – насмешливой. Она напоминала богачей, которые, проезжая мимо Канавы, бросают монетку в грязь и с упоением смотрят, как уличные мальчишки дерутся за нее до крови.
Адайн из последних сил держалась прямо, пытаясь вцепиться в эту суку, но руки, ноги будто стали из ваты и никак не хотели слушаться.
– Ты…
– Да, я. Сиди молча и жди. – Сделав шаг в сторону, Олвия добавила презрительно: – И как такая выжила в Канаве?
Распахнулась дверь. Повернуть голову Адайн не смогла – тело не слушалась, хотя все внутри кричало: это точно Кай, надо двигаться, действовать!
Олвия сжала второй кулак так крепко, что побелели костяшки пальцев. Послышалось дыхание вошедшего: громкое, прерывистое – затем стон и стук упавшего револьвера. Кай с красным лицом рухнул на колени, держась за сердце и царапая грудь ногтями.
На полу появилась вторая тень, и она подняла руки. По ковру пробежали искры, потянулись вверх, к Олвии, жадно схватились за ее юбку. Аристократка подскочила, ослабив хватку, забила по подолу руками.
– Быстрее, – доносящейся через пелену голос казался далеким, но знакомым: это был Киро. Она встала, поддерживая им. Они не успели сделать и шага, Олвия засмеялась как безумная:
– Думаешь, эти фокусы напугают меня? Ну же, не бойся