ярко-оранжевым кожзаменителем. Прозрачный спидометр, выгнутый как тетива туго натянутого лука, смотрелся стильно, а его полупрозрачные бока играли солнечными лучами. И самым настоящим чудом был внутрисалонный радиоприемник, чудесным образом ловивший прекрасную музыку.
За рулем сидел водитель – Юра, откомандированный Таниным отцом в помощь дяде Антипу для перегона «Волги» из Москвы в Бородулиху. Юра был симпатичным молодым человеком, высокий и стройный, он сразу произвел впечатление на Зою. Дядя Антип вовсе не имел прав и не управлял автомобилем, повинуясь решению своей волевой супруги Магзизы, он съездил в Москву, где его старший брат Денис помог выбрать машину, и с помощью Юры пригнал «Волгу» домой. Жена была довольна, теперь ее бизнесу открывались новые возможности, и для этого не нужно было больше нанимать машину, чтобы съездить в выходные в Рубцовск на рынок для торговли утками. Сын Рафик водил машину, работал водителем и мог прекрасно справляться с материнскими заданиями, на это и был расчет умной, предприимчивой Магзизы.
Первым делом машину надо было «обмыть», дабы она служила семье безотказно на многие годы. Вечером, после работы, в доме Магзизы и Антипа собрались многочисленные родственники за шумным столом. Юра и дядя Антип с удовольствием рассказывали о дороге длиной почти три тысячи верст от столицы до самой Бородулихи. Юра, которого, наконец, отпустило волнение от ответственного поручения шефа, Таниного отца, по перегону машины, расслабился и охотно балагурил.
Его внимание привлекла Зоя – подруга Тани. Стройная, с обворожительной, точеной фигуркой девушка притягивала его внимание, кружила голову и будила воображение. Дома Юру ждала молодая жена и ребенок, но он, как истинный мужчина, не мог отказать себе в удовольствии лицезреть томную красавицу – Зою. Останавливало его только благоразумие. Племянница директора все же требовала к себе достойного уважения, да и находился он в семье ее родителей – людей внимательных и даже суровых. Чего стоила сама Магзиза, от цепкого взгляда которой абсолютно ничего не ускользало. Поэтому, и только поэтому Юра благоразумно не позволял себе никаких вольностей.
Зоя так отчаянно влюбилась в него, что потеряла покой и рассудок, ни сердитые разговоры матери, ни перехваченные ее родственниками ее собственные томные взгляды в сторону чужого мужчины ее решительно не волновали. Сердце Зои замирало, лишь только их взгляды пересекались, она смотрела на него слишком часто и долго, так что наблюдательному человеку сложно было не заметить неравнодушность в ее взгляде.
Застолье закончилось глубоко за полночь. Когда уставшие гости разошлись по домам, а стол был убран, Таня с Зоей долго не могли уснуть. Лишь только Таня начинала засыпать, как Зоя задавала ей бесконечные вопросы о Юре, о его семье, о работе у Таниного отца, о жене, о детях. Зою интересовало все, что было связано с ним.
– Тань, – обратилась Зоя к подруге, – а Юра давно женат?
– По-моему, года два, – ответила