в первую очередь было связано с низким уровнем производства, условиями работы и непропорциональным вводом в эксплуатацию жилья, объектов культурно-бытового назначения и промышленных производств. «Из годового плана 50 тысяч квадратных метров за первое полугодие 1976 г. в эксплуатацию было введено 12256 кв. метров полезной площади (24,5 %)» [там же]. Иными словами, почти всё жилье сдавалось к концу года. В результате комплектация специалистами проводилась зачастую наспех, без достаточной подготовки.
Велика была текучесть кадров. «Только за первое полугодие 1976 г. завод покинуло 397 человек (в том числе 348 чел. (88 %) по собственному желанию). Причём, если 178 человек (45 %) выехало за пределы города, то 49 (12 %) уволилось из-за неудовлетворённости заработной платой, 33 человека (8 %) – по причине удалённости предприятия от города. За это же время принято на завод 752 человека» [92, л. 24, л. 53]. Не всегда и не везде до конца решались вопросы, связанные с созданием необходимых условий труда. Большая была ещё загазованность в цехах и на территории предприятия, низкой оставалась культура производства. Наиболее важным вопросом являлось создание условий для отдыха работников завода и членов их семей. Вследствие технических неувязок затягивалось строительство пионерского лагеря, профилактория, медленно строилась база отдыха.
Ветеран предприятия В. Ф. Пасхин, более 12 лет проработавший на химзаводе начальником электроцеха, в своих воспоминаниях указывает на следующие причины этих отрицательных явлений: «… На мой взгляд, неудовлетворительная работа в те первые годы становления была не в первых руководителях, а в рабочих кадрах. Огромные деньги выделило государство на строительство завода, а вот о подготовке квалифицированного персонала не позаботилось, сэкономить решило, видимо. Потеряли в итоге куда больше… Кадры являлись главной причиной того, что завод в первые годы работы не мог выйти на проектные мощности. Да и аварий тогда много было. Я помню, как в первом сернокислотном цехе, в промывном отелении, рабочие ходили по колено в серной кислоте. Я помню, как вторую насосную оборотного водоснабжения дважды заливало водой. Да так, что у электродвигателей только верхняя часть и виднелась. Такая же история была с насосной № 5. Всему причиной элементарное разгильдяйство… Другой причиной я бы назвал проектные ошибки. Вспомним, хотя бы, второй сернокислотный цех. Польский проект, польское оборудование. Одна газодувка с электроприводом, вторая – с паровым приводом, две возудоходувки с электроприводом, одна – с паровым. Полякам такой проект подходил, а нам нет, пришлось переделывать. Переделывать пришлось и всю электрику на сушильном барабане в ПМУ (производство минеральных удобрений – прим. автора). А о качестве оборудования, которое на завод поступало, вообще разговор особый» [264]. Ветеран отмечает, что оно часто выходило из строя «в силу своей ненадёжной конструкции» [там же].
Каждое утро на заводе у главного инженера начиналась планёрка. На ней подводились итоги работы предприятия