промеж лопаток. Резкая боль, а затем он отскочил вперёд на два метра. Все стихло, и теперь Галантир был по настоящему зол. Резко развернувшись, он набросился на Джерема, осыпая его градом ударов и шквальным натиском, не давая ему никаких шансов на победу и попутно перевешивая чашу поединка на свою сторону. В какой то момент, замешкавшись, оба командира сцепились клинками и пронзили друг друга острым взглядом. Каждому из них было понятно, что это не последняя их встреча, отнюдь, но вовремя подоспевший Гельмунд резко отвлёк Джерема от того, чтобы занести меч ещё раз, удар которого на этот раз мог бы принести ему победу.
– Прошу прощения, что прерываю вас, король хочет видеть сира Галантира прямо сейчас, до церемонии осталось меньше полу часа, поторопитесь. – сказал Фарлей и быстро покинул арену.
– Королю нельзя отказывать, командир. – съязвил своему противнику Джерем.
Галантир ослабил хватку и, воткнув меч в землю так крепко, что, разбив ее отвердевшую часть на множество островков, он, водрузив на себя снятый комбез, и побрел вверх по лестнице, оставляя арену позади.
– Иди, иди, командир, мы ещё встретимся очень скоро.
Джерем остался внизу и, видя уходящий силуэт командира востока, он снова сплюнул себе под ноги слюну. Серьезные соперники схлестнулись в схватке, и если однажды при каких либо обстоятельствах дойдет до настоящего сражения, сможет ли Джерем одолеть его? Время покажет. Гул, разносившийся внутри собора, резко нарастал, все, о чем – то болтали и выглядели настолько заинтересованными в предстоящем событии, что создавало еще большую праздничную атмосферу.
Где – то по одаль от толпы в западной части часовни стояла толпа детей и подростков, с трепетом наблюдающие за чем – то. Детишки выстроились в ряд и с открытыми ртами смотрели, как старик в темно фиолетовых одеяниях с водруженным на голову капюшоном размахивал руками, создавая из воздуха яркие магические огоньки, которые играючи плясали на его ладонях и не обжигали их. Дети продолжали смотреть на волшебника, не смыкая глаз, и это приводило их в неописуемый восторг.
– Бэл'Вал Дэреван! – произнес волшебник, и огоньки вспыхнули, сменил ярко пламенный окрас на более приглушенный голубой, а за тем и вовсе превратившись в маленьких человечков.
Дети затрепетали еще больше, и, казалось, ни что и никто не могло их отвлечь от столь грандиозного представления.
– Когда я вырасту, я тоже стану волшебником! – заявил один мальчуган в соломенных штанах, в которые была заправлена поглаженная белая рубаха.
Его речь подхватили все смотревшие представление ребятишки.
– И я, я тоже! – было слышно из толпы сорванцов.
– Терпение и обучение. – сказал волшебник, начавший жонглировать маленькими пламенными человечками. – Всему свое время. – добавил он, и тут же человечки испарились, оставив после себя оседавшую на пол магическую пыльцу.
Дети хором ахнули с раскрытыми ртами, пытаясь понять, куда делись яркие, мерцающие огоньки. Магия больше была построена на спецэффектах, имеющихся в запасе