надламываться и рухнул в чем был в воду.
– Брр, холодно же – почти в полный голос, вынырнув, сказал Иван.
По затылку побежали мурашки, а тело от холодной воды начало сжиматься.
А черт с ним подумал Иван о промокшей одежде. Надо посмотреть что там. Его тело не особо соглашалось с этой мыслью, но.… Набрав полную грудь воздуха, Иван погрузился в воду. Под водой звуки почти не слышны, и ты остаешься один на один со своими мыслями. В данный момент у Ивана была только одна мысль: это должно быть не зря. Он рассекал руками воду пытаясь доплыть до яркого света внизу, но свет как будто удалялся от него все глубже и глубже. Иван не понимал, что перед ним, но продолжал грести как мог. Холодная вода коварный зверь. Она накрывает не заметно. Мысли и тело начинают бороться друг с другом и, в конце концов, победителей нет. Иван почувствовал, как темнеет в глазах, как задеревенели мышцы. В мыслях проскользнуло: вверх, вверх. Тело не слушалось.
Холодно… Темно… Тихо…
Глава 3
– Папа, все-таки это безрассудно. Ехать за десятки километров, чтобы увидится с человеком, которого даже не видел. Ты всегда учил меня мыслить рационально. Что-то я не вижу здравого смысла в нашем поступке.
– Дочь, когда-нибудь ты влюбишься и тоже начнешь поступать безрассудно. Это природа человека.
– Нее, это не природа, а бред папа.
Экипаж мчался на всем ходу. Деревянные колеса так сильно бились об ухабы полевой дороги и казалось, что они вот-вот разлетятся в щепки. Кучер погонял лошадей не жалея сил, ведь приказ был: как можно скорее.
Князь Дубинин Александр Игоревич был разносторонней личностью. Ни смотря на свой титул, который позволял ему просто наслаждаться жизнью, отдавал свое внимание многим научным и религиозным направлениям. Он любил физику, математику, химию. И при любом удобном случае посещал научные конференции вместе со своей дочерью Аленой. Александр Игоревич очень любил свою дочь. После смерти его дорогой супруги он ни на шаг не отходил от нее. Давал ей хорошее образование, обучал этикету и прививал творческое восприятие мира.
– Вот скажи мне, папа, сколько вы переписывались с ней?
– Почти два месяца моя дорогая.
– Два месяца папа, это конечно срок. Неужели можно влюбится в человека за два месяца только читая его письма. Я, конечно, понимаю, ты у меня творческая личность, но все же.
– Ты сомневаешься в моем выборе?
– Конечно нет. Маму же ты правильно выбрал. Просто, посуди сам, ты князь, она простая крестьянка, вам не дадут быть вместе. Так уж устроена наша жизнь.
– Она не просто крестьянка, дочь моя, а земской доктор местных земель и входит в Национальное Общество Русских врачей. И потом, мне все равно что там можно и что нельзя. Я чувствую тепло ее души. Никакого разрешения я не собираюсь брать, чтобы быть с ней.
Алена пересела ближе к отцу и взяла его за руку.
– Пап,