так… – «нашел время и место» для смущений его товарищ, – ходил к одной…
– Я тоже кстати…– Вставил Валера, слегка качнув топором словно проверяя, что орудие защиты все ещё находится в руках.
– Ты?! – Развернулся своим мощным торсом Кондрат к «сопернику», едва не отодвигая в сторону рукой Егора. – Когда?! В мае пятьдесят первого?!
Байдарочник поднял топор указывая во мрак леса:
– Сейчас… уже и не вспомнить, но вот только что Катенька…
– Да тихо вы! – Петров тоже увидел движение знакомой фигуры, расстояние до которого показалась ему тоннелем, темным ведущим к свету, листья стволы деревьев кустарник все слилось в одну мрачную массу, а светочем в нём мелькает силуэт медсестры. – Видел я ее… несколько дней назад. Вот и подумал, что показалось…
– Почему не сказал? – вопрос Кондрата, размноженный эхом «прилетел» к Егору издалека.
– Сказал одной… не поверила. – Слова Егора растянулись и «ушли в неизвестное», ему даже захотелось повторить из-за неуверенности в том, что он произнес их.
– Францевна что ли?.. – Голос Кондрата шепотом пришел со стороны учителя из-за спины, заставляя Егора ежиться.
– Францевна сейчас сказала бы: «четыре здоровенных мужика топчутся на месте, вместо поисков товарища, и по поповской идеологии верят в призраки и бесов…» – Учитель стоял перед ними, и все трое сфокусировали взгляд на нем, загородившем «треклятую» просеку с видениями медсестры.
– Не, ну Ленин в октябре, мля…– ткнул пальцем в грудь учителя Кондрат, сначала неуверенно словно не веря, что тот не призрак. Повторил сильнее. Затем ещё.
– А вот вождя… – Учитель, шатаясь от тычков с трудом удерживался на ногах, – вождя по прошу не трогать.
– Понятно! Вы… – Почему-то по-военному, словно перед старшим по званию оправил одежду Егор. – Вы Матвей…
– Сергеевич, – со страстью актера-трагика выдохнул учитель.
– Сергеевич, – Егор вдруг звучно икнул, – от положения вождя сейчас не так далеки, – он сделал шаг раздвигая кусты по направлению к предполагаемому тоннелю, ведущему к медсестре, – я о физическом состоянии тела, не о его положении в социалистическом обществе…
Говоря Петров сделал еще шаг… и еще и уже ступил в лес, смело почти так же, как когда-то давно толкаемый патриотическим долгом в ряды Красной Армии. Что-то манило его, та же сила что когда-то раньше – на фронте уводила с тех мест, где через минуты, а порой мгновенья всё беспощадно выкашивала смерть. Теперь эта же сила манила туда, где еще секундами ранее он видел мелькающую «тень» пропавшей медсестры. Он справился с комом в горле мешающим говорить и продолжил:
– … вас взяли с собой как неопределившегося, но теперь ясно в какую сторону вы тяготеете…
Он, не оборачиваясь и не слыша ничего в ответ ступал в мягкий мох. Ветки и листва мелких кустарников смешанного леса обнимали его ноги словно встречали как родного, нехотя отпуская. Егор услышал шум передвижения сзади вступивших