Глеб Скороходов

Раневская


Скачать книгу

исполнителем роли доктора Эммета на художественном совете утвердили в свое время Сергея Годзи, опытного актера, много игравшего на сцене «Моссовета». Но в театре существуют свои, часто необъяснимые законы. По непонятным причинам Годзи долго не притрагивался к роли.

      После понедельничных треволнений Раневская сама позвонила ему и умоляла как старого, доброго товарища ввестись в спектакль, не дать ей сойти с ума. Столь сильный аргумент заставил артиста заколебаться, но на его окончательное решение повлияли два звонка – один от дирекции, другой от главного режиссера. Тут уж кочевряжиться было невозможно.

      На следующий же день приступили к репетициям. Казалось бы, угроза отмены спектакля миновала и можно оставить беспокойства. Но это театр!.. Без волнений здесь не могут. И общественность не дремлет. Инициатива Раневской с Годзи вызвала недовольство: «Затирают молодых актеров!»

      Конечно, нигде, как в театре, так много не зависит от случая. Не зря же его именно в театре нарекли громким титулом «Его величество случай».

      И действительно – театральные мемуары тому подтверждение, – появление по воле случая молодого актера в спектакле становилось нередко сенсацией – оно открывало новый талант. На этом, быстро набившем оскомину приеме строились почти все фильмы о скромных дебютантках или дебютантах, внезапно становящихся звездами. Правда, в этих фильмах всегда присутствовал еще один, обязательный аспект, хорошо выраженный в нашей пословице: «Без труда не вытащишь…» Актер, неожиданно появлявшийся на сцене в главной роли, втайне грезил о ней, долго готовил ее самостоятельно или с чудаковатым режиссером, и в конце концов незапланированный дебют оказывался не столь уж случайным.

      Упомянутая история с дебютом в «Сэвидж» «молодого актера», как говорится, случай не аналогичный. Актера выбрали для ввода только потому, что он оказался свободным от других спектаклей. В театре он служил давно, и, несмотря на свои сорок пять лет, все еще ходил в «молодых» – ничего значительного еще не было сыграно. Да и о Докторе он не мечтал. Предложили – попробовал, а вдруг получится?..

      Актерская психология мне представляется загадкой. Во всяком случае, объяснить ее, исходя из нормальной, повседневной логики, зачастую невозможно.

      Ф. Г. вспомнила, как однажды пришла на обед к Качалову. Его дома еще не было – задержался на репетиции, – Раневскую встретила его жена. Через полчаса звонок. Входит Василий Иванович.

      – Очень хорошо, что пришла, – говорит он Раневской. – Голодная? Сейчас же садимся. – Качалов поправил пенсне, подошел к буфету и налил себе рюмку. – Ну-с, очень хорошо, хорошо.

      – Вася, у тебя что-нибудь случилось? – тревожно спросила жена.

      – Нет, Ниночка, ничего, все очень хорошо.

      – Что хорошо?

      – Сегодня Владимир Иванович Немирович-Данченко отказал мне от роли Вершинина – и это очень правильно.

      – Как?! Ты не будешь играть Вершинина? Как это можно?!

      – Ну что ты, Ниночка, – Василий Иванович протер пенсне, – все очень правильно.