на лестницу для слуг. Спешу вниз так сильно, что начинает колоть в боку. Когда снизу раздаются чужие голоса, ныряю в какой-то коридор рядом с кладовой и затаиваю дыхание. Подол юбки пачкается о грязные коробки, наваленные у самой двери, но сохранность платья меня не волнует. Я дожидаюсь, когда люди пройдут мимо, и прошмыгиваю на выход.
Посыпанная песком дорожка бежит в обход дома, уводя меня прочь от крыльца, западной части парка и Эмиля. Подойдя к тёмному зданию библиотеки, я почти успокаиваю расшалившееся сердце. Дыхание тоже приходит в норму, я отряхиваю платье, проверяю, на месте ли коль, и с самым благопристойным видом поднимаюсь по ступенькам ко входу.
Библиотека не заперта: на ночь закрывают под замок только два крыла с книгами, а небольшая гостиная с читальным залом остаются свободными для посещения. Я не зажигаю свет: ещё не хватало обнаружить себя раньше времени. Подхватываю забытую кем-то на каминной полке книгу и устраиваюсь на низкой кушетке у окна. Бездумно перелистываю страницы в поисках иллюстраций – текст всё равно почти не разобрать в царящем полумраке, – когда слышу за окном треск ломающихся ветвей и тихую, но разборчивую мужскую ругань.
Неужто меня уже ищут? Встав, откладываю книгу на сиденье и аккуратно выглядываю наружу через приоткрытую створку.
К стволу раскидистого столетнего дуба, растущего напротив входа в библиотеку, привалился мужчина в чёрном фраке и таких же чёрных брюках. Я не вижу его лица – он стоит ко мне спиной, прижимаясь ладонями к коре дерева. Слышно его тяжёлое дыхание, временами переходящее в хрип. Когда он, согнувшись, поворачивается, чтобы прислониться спиной к стволу дуба, я замечаю густую чёрную тень, окутавшую его руки.
Проклятье. Это же…
Великий князь Эмиль снимает с пояса кинжал и лёгким движением царапает левую ладонь. Чернильная, словно беззвёздное небо Тень приникает к кровоточащей ране, будто впитываясь в неё.
Прижав руку ко рту, чтоб подавить вскрик, я отшатываюсь прочь от окна. Кушетка премерзко скрипит ножками по лакированному полу: в спешке я чуть не падаю на неё, сдвигая с места.
И слышу ледяной голос:
– Кто здесь?
Глава третья, в которой всё идёт наперекосяк
– Кто здесь? – повторяет Эмиль.
Слышу, как он поднимается по ступеням. Скрип дверных петель, щелчок замка – он уже в холле.
Я готова разрыдаться от отчаяния. Как же так?! Он должен был страдать в другом конце парка, а не мешать мне наслаждаться жизнью! Мелькает издевательская мысль: «Лучше бы я продолжала сидеть на том балконе и никуда не высовывалась…»
Прижавшись к стене у окна, я лихорадочно пытаюсь придумать новый план, но перед глазами стоит только блеск стального клинка, отрубающего мне голову повторно. Кусаю губы, цепляясь за бархатные портьеры. Пусть он убьёт меня прямо сейчас, второй раз через это всё я не пройду!
У выхода из гостиной вспыхивает масляный светильник. Эмиль ставит его на консоль и поворачивается ко мне. Свет режет