её стебельком на голове.
– А ты всегда была с ним?
– С ним? А-а, ты про него? – Еля указала на росток и пару раз слегка потыкала его пальцем. – Ага! С самого рождения. Как мне рассказывали, сначала было вроде бы маленькое семечко, а затем из неё вырос он. У меня много таких знакомых. Например, у одного из них прямо на голове растёт живая рыба-чёрт.
– Да ладно?!
– Гха-ха-ха, нет, конечно!
– А от него есть какие-то неудобства?
– Неудобства? Хм-м… Пожалуй, единственное, с чем у меня проблемы, так это головные уборы. Надеваю их, и настроение сразу же портится. И неважно, насколько мне было хорошо. Ну не проклятие ли?
– Вот оно что…
– И нет, поливать его не надо.
– Подловила! – фыркнув, сказала я.
Пройдя за угол коридора, мы столкнулись с вчерашними «мясными активистами», впереди которых была та самая черноволосая девочка. На их форме довольно мило были вышиты изображения овощей в красном зачёркнутом круге. Технически правил они не нарушают и, похоже, учатся в нашей школе. Вот же напасть!
Они остановились, и девочка, увидев меня, прищурилась. Она произнесла короткое «ты!» и, слегка усмехнувшись, стала внимательно изучать мою подругу. В какой-то момент она задрожала и указала на неё указательным пальцем. Из толпы за её спиной послышались возгласы: «Она! Это она!».
– О-ов… О… Ов-в-о… О-о!.. – пыталась сказать что-то девочка, но её дрожащий голос издавал лишь нечленораздельные звуки, а на лбу выступил пот. Затем она, сделав шаг назад, крикнула: – Овощ!
Еля поначалу никак не реагировала и только, немного приоткрыв рот, наблюдала за тем, что происходит. Однако после этого выкрика она оскалила зубы в улыбке, подняла руки перед собой, словно изображая когтистого зверя, и громко зарычала.
Активисты сразу же разбежались в испуге, и их лидер вслед за собой лишь прокричала, что это ещё не конец и борьба не окончена.
Еля, не пытаясь скрыть смех, громко расхохоталась, обхватив себя руками за живот.
– Ого… Ловко ты их! – восхитилась я.
– А то! – воскликнула она, протирая глаза от слёз.
– Только в следующий раз будь с ними помягче, ладно?
– Ладушки.
Занятия шли своим чередом, как и раньше. Ничего особо примечательного не происходило. Вскоре настало время обеда и большой перемены. Еля пригласила меня пообедать на крыше, и я согласилась. После чего мы уселись есть на ней под ярким светом солнца. Калерия с досадой заметила, что на небе нет облаков, а ведь она каждый день ждёт дождя, чтобы побегать под ним.
– Вчера весь день под ливнем просидела! Этот дождь – настоящее благословение, – говорила она.
– И как ты так до сих пор не заболела?
– И не заболею. Я же бессмертная.
И не понять, шутит она или серьёзно в это верит.
Внезапно дверь, ведущая на крышу, со скрипом открылась, и из неё вышел Антон.
– Аня? – произнёс он с недоумением.
– А-Антон?! – удивлённо воскликнула