и разговаривает сама с собой.
– А ты…
– Точно! Я же теперь учусь вместе с тобой. Перевелась совсем недавно, – ответила она, не дав мне договорить.
– Надо же… А это кимоно, да? – спросила я, указав на Калерию пальцем.
– Угу. Вроде того. Я могу в нём ходить по школе, имея статус культурного работника, – объяснила она. И даже пить алкоголь!
– А-а-а?! Быть не может! – удивлённо вскрикнула я, после чего Калерия рассмеялась.
– Шутка, шутка! Расслабься, – успокаивала она, махая рукой.
Я ведь уже успела представить её идущей по улице, распивая алкоголь и ругаясь со взрослыми. По неизвестной причине в моей голове этот образ подходил ей сильнее всего. Не то что мне или Алисе. Интересно, что бы пила Алиса? Вино, должно быть.
– А знаешь, что означает моё имя? – спросила она, устремив взгляд в окно. – Воспитанность и сдержанность.
Кажется… оно ей не совсем подходит.
В этот момент в класс зашёл изрядно уставший учитель в очках и потрёпанной рубашке, объявляя, что сейчас начнётся урок.
– А вот и учитель. Калерия, садись за свою парту.
– М? О чём ты? Я вообще-то уже за ней! – с широкой улыбкой заявила она, тыкнув мне в плечи обоими руками.
– А?..
Урок прошёл довольно нервно, так как я всё ещё опасалась своей новой знакомой, но та особой активности во время занятия не проявляла и лишь раз попросила у меня ластик. Во время урока Еля (именно так она попросила позже меня её называть) была не слишком заинтересована в уроке, а большую часть времени рисовала и наблюдала за залетевшим через окно жуком.
Как только прозвенел звонок, она, радостно взяв меня за руку, повела на перемену. Еля купила нам по бутылочке газировки в автомате и начала выполнять какие-то необычные упражнения. Как мне показалось, она пыталась избивать воздух. Я же присела на небольшую скамейку, наблюдая за ней.
– Еля.
– Ась?
– Почему я?
– Серьёзно? Не шутишь? – опешила Еля, остановившись бить по воздуху.
– Куда там шутить… Почему ты вот так взяла и решила подружиться со мной?
Еля подумала пару секунд и села рядом, сделав пару глотков газировки.
– Потому что ты офигенно милая! – уверенно ответила она, смотря в потолок.
– А-а?! Да ладно тебе… – смущённо пробормотала я, чувствуя, как на щеках выступает румянец.
– Помнишь же? «Доброта, мудрость и милосердие», – повторила она. – Смотришь на тебя и сразу чувствуешь это. От других твоих одноклассников такого чувства не исходит. Тут бы любой первым делом подошёл именно к тебе! – уверяла Еля, отпив ещё газировки.
Я хотела поспорить, рассказав ей про то, что исходит от Алисы и Антона, но не стала.
– Тем более, понимаешь же, что мы обе особенные? – добавила она, щипая за листик росток на голове.
Это и было то самое «ещё кое-что» особенное в ней. Из её макушки выглядывал небольшой росточек в виде стебелька с двумя листочками цвета, идеально сочетавшегося с цветом её волос.
По правде говоря, подобное