поздоровался с Евгением и спросил, почему он не использовал второй день? На что он мне ответил, что я не пошёл на погост, решил технический осмотр экскаватору провести, говорят скоро его хозяин выйдет, не хочу, что бы человек после болезни меня плохим словом вспоминал.
Женщины через три дня окончили укладку бетона и вернулись на кровлю. А плотники после остекления занялись установкой опалубки на стены спецобъекта, после снятия щитов опалубки со стен нижней плиты. Месяц пролетел быстро Я два раза в неделю приезжал на гараж, работы там была организована хорошо. Уже сделали кровлю и оканчивали работы по теплотрассе. Пират сопровождал меня по всей строительной площадке, когда я приезжал на объект. Исаченко Олега Дмитриевича я уже давно не видел, но думал, что он здесь, палатка и собака оставалась на стройке. Я уже собирался уехать на трассу и ждал Андрея Капралова, после выгрузки раствора, как приехал директор института Осыко Пётр Алексеевич. Мы поздоровались, он сказал, что хочет собрать комиссию и принять на баланс Гараж, до ноябрьских праздников. Исаченко, как раз выйдет к тому времени с больницы, и переберётся в свою конторку в теплый гараж. Со временем я познакомлю тебя с начальниками отделов и ГИП – ами нашего института, надеюсь, они тебя понравятся. Твою смету на дополнительные работы по бытовому корпусу я утвердил, Калпакова Галина Яковлевна ходит сейчас в расстроенных чувствах, это первый случай, когда она отдала деньги строителям сверх сметы. Я спросил, что случилось с Олегом Дмитриевичем? Вот что он мне рассказ, предварительно взяв с меня слово, держать это в тайне, об этом даже не знал его племянник Виктор.
– Девять лет тому назад у Олега обнаружил злокачественную опухоль в желудке. Сделали операцию, от химии и облучения он отказался. Тогда его перевели на инвалидность, дали ему первую группу. Была весна и Олег ухал в степь. Он купил себе дешёвую бахчу со стареньким домиком. Неделей позже купил два улья с пчёлами и установил их около дома. Я долго тогда искал своего друга и лишь в конце лета узнал, где он находится. Когда я к нему приехал, то не узнал его. В садике, примыкающему к домику, на пледе под яблоней, лежал скелет человека, обтянутый кожей. Олег держал в руках книгу о пчеловодстве. Желая как-то завести разговор, я задал ему глупый вопрос, почему он не выходит на работу? Он мне ответил, что он сейчас феодал, и на него работают тысячи рабочих, они его кормят и поят. Мне не зачем работать, сейчас я только культурно отдыхаю, других дел у меня нет.
Тогда я посмотрел по сторонам, кроме нас в округе ни одного человека. Я решил, что у Олега уже едет крыша, как часто бывает при онкологии, оставил ему подарки, и собрался уже уезжать. Он поблагодарил меня, и повел по своей бахче. На ней лежало много спелых арбузов. Феодал дал мне нож и велел срезать три указанных им арбуза, сказал, что это разные сорта. Я сам это понял по их внешнему виду. Спросил у него, зачем ему столько арбузов, ты же их не съешь? Олег мне ответил, что он надеяться их съесть, если не съест, то посолит. Я тогда отнес арбузы в машину и с тяжелым сердцем уехал от своего