очень старался убедить себя, что сохраняю спокойствие, но мои руки предательски дрожали. Большая сумка вместе с документами полетела под куст за ненадобностью, сапёрная лопатка расчехлена и крепко сжата в правой руке, надо собраться и не сплоховать в сложной ситуации, короче не обосраться, когда припрёт и замочить любого, кто нападёт не раздумывая. Для себя уже всё решил, что это и есть он, тот фантастический мир, сотканный из кусков нашего, под названием Стикс или Улей, земля на которой все люди заражаются бешенством и жрут любое живое создание, а трое или пятеро из сотни оказываются способными противостоять заражению, иммунными, но их могут сожрать твари или убить другие люди. Голова начинала немного побаливать и подступила жажда. А в моей дальнейшей судьбе наступила печальная определённость…
– Буду считать себя иммунным, если нет, то я скорее всего не пойму, наверное.
Я перестал крутить головой и пялиться на сходящий с ума город, двинулся уверенным шагом вперёд, ощущение упущенного время нарастало по мере продвижения и не давало остановиться на отдых.
Пространство перед торговым центром было заполнено мечущимися в панике людьми, они бежали, кричали и дрались. Прямо передо мной, неожиданно появилась бабуля «божий одуванчик» и не раздумывая попыталась вцепиться мне прямо в глаза. Не разглядел конкретных признаков перерождения, но она была точно не в себе.
– Моя первая жертва бабка!
Рубанул старушку лопаткой по шее и сразу за озирался, ожидая всеобщего осуждения. Всем плевать, мир вокруг занимался апокалипсисом. Как я не готовил себя к этому зрелищу, все равно оно повергло меня в кратковременный ступор, двое мужиков увлечённо грызут тело молодой женщины. Зазвучало со всех сторон урчание, пугающие и нереальные для земных существ, создаваемое изменяющимися телами заражённых на вдохе.
Идти в большой торговый центр оказалось уже плохой идеей, слишком много бывших людей. Единственно верным сейчас будет выбираться из мегаполиса и если повезёт по дороге, то лучше в отдельные павильоны наведаться. Теперь все живые для меня стали опасны и даже если ко мне обращались с вопросом или просьбой о помощи я просто отмахивался, решив, что все равно помочь никому не смогу. Если замечал хотя бы намёк на попытку остановить меня насильственно, то рубил лопаткой, уже не раздумывая и не рефлексируя на тему гуманности поступков, и бежал, бежал пока ещё оставалась такая возможность. Больше не осматриваясь, словно боялся увидеть что-то способное меня задержать хоть на минуту.
– Только бы успеть выскочить от всего этого, как можно дальше и забиться в безопасную нору.
Шум бьющегося стекла, крики отчаянья, боли и призывы о помощи наполнили улицы города создавая фон ада наяву. Постепенно их доля стала сравниваться с урчанием тварей. Я бежал, не обращая внимания на растущую головную боль и жажду, а ещё мои лёгкие готовы были лопнуть.
– Только не останавливаться, только вперёд, если встану сразу хана…
Бежал пока передо