интересного.
– А вот меня не тянет в дальние странствия, больше нравится сидеть и слушать рассказы других.
Симон снова вопросительно взглянул на Иуду, тот кивнул. Толстяк извлек откуда-то кувшин вина и стал разливать его. Юноша жестом остановил его усердие.
– Достаточно, разбавь водой[9]. Да! Представляю, чего ты наслушался за столько лет!
– Это точно! Может, и ты расскажешь, где побывал?
– Почему бы нет. Долгое время жил в Александрии – там я учился[10]. Бывал в Антиохи, в Тире и Тадморе, Дамаске, Тарсе, Берите[11]…
– Ну и где лучше живется?
– Нигде Симон. Жизнь повсюду одинаково тяжела и печальна, а люди во всяком месте знают горе и страдание.
– Грустно! Неужели Господь гневается не только на наш народ?
– Наверно. Но если мы сами виноваты, на остальных за что?
– За поклонение идолам и нечестивость жизни.
Симон был серьезен. Взглянув на него, Иуда едва сдержал смех.
– Да?.. Но у них не было Авраама и Моисея. Что они могут знать о Предвечном?
– И то верно!.. Тьфу! С чего это меня на умные разговоры потянуло! Скажи, а римляне тоже живут в скорби?
– Не знаю. Я с ними мало общался, – по губам юноши скользнула горькая улыбка. – Редкий римлянин унизится до беседы с евреем[12].
– В твоих словах гнев и обида. Напрасно, наверно, им просто не понять нас, вот они и презирают то, чего не знают. Не стоить тратить свой пыл на это.
– Не стоит, но все-таки горько.
– Забудь! Ты вернулся домой, здесь все свои, все родное. Здесь твоя земля.
– На которой хозяйничают римляне[13], – вздохнул Иуда. – Да и вернулся я как-то не по-настоящему: так давно не был на родине, отвык от нее, тем более, уезжал мальчишкой, а вернулся взрослым. Скажи, много ли изменилось за последние семь лет, Симон?
Хозяин задумался, снова наполнил свою чашу из бочки, отхлебнул на ходу и вернулся на место. Кислый запах зелья распространился по всей комнате.
– Да как сказать… Вроде, все по-прежнему. Римляне действительно хозяйничают, как хотят, правда, новый наместник, пожалуй, лучше прежнего. Синедрион[14] снова возглавляет Аннах, вернее, конечно, его сын, но все-то знают, кто настоящий хозяин. Саддукеи[15], как всегда, спорят с фарисеями, а теперь еще новая напасть – зелоты[16]!
– А кто они? – оживился Иуда. – В своих странствиях я про них кое-что слышал, но очень смутно.
– Да кто ж разберет? Одни говорят – святые, борцы за свободу Израиля, за чистоту жизни старых времен, другие называют разбойниками, убийцами, фанатиками. По мне, так кучка безумцев. Говорят, они не пьют вина и не притрагиваются к женщинам. А хуже всего, везде, где могут, они устраивают беспорядки, подбивают людей к бунту, убивают римлян и даже евреев, преступивших Закон.
– Интересно! А ты их когда-нибудь встречал?
– Нет! – энергично затряс головой Симон. – И даст Бог, не придется! Мне своих забот