Юрий Поляков

Фантомные были


Скачать книгу

Я ведь потом долго воображала себя на месте этой вашей… Елены… Представляла, что вы назначаете мне свиданье и делаете со мной то же самое, что и с ней. Вы помните?

      – Ну, в общем, конечно… – поник писатель, чувствуя, как смущение начинает неотвратимо перерождаться в плотское томление.

      – Как, кстати, сложилась ее судьба?

      – Мы поженились…

      – Не может быть!

      – Но быстро развелись…

      – Я так и думала.

      – Почему?

      – Не знаю. У детей удивительное чутье на совместимость. Но с возрастом это качество куда-то исчезает. А дети у вас были?

      – Дочь.

      – Это хорошо. Я вот несколько раз беременела от разных мужей – и все неудачно… Ничего, что я с вами так откровенна?

      – Ничего.

      – Понимаете, во-первых, вы писатель. А это как доктор. Во-вторых, я столько раз воображала наши с вами свидания, что у меня такое ощущение, будто вы мой самый первый мужчина…

      – И мне достались все крошки? – скокетничал Андрей Львович.

      – Нет. Не достались, потому что это происходило лишь в моем воображении.

      – А что же все-таки происходило в вашем воображении? – немного в нос спросил он и подался вперед, ощущая прилив хамоватого безрассудства.

      Дверь с грохотом распахнулась, и в номер ворвался Жарынин. Увидев Кокотова и Наталью Павловну за бутылкой вина, режиссер был так ошеломлен, как если бы обнаружил в комнате своего робкого соавтора белый концертный рояль, а на нем голую Пенелопу Крус…

      3. Суровая мама

      …Они встретились вечером у ротонды и за разговором спустились по каменным ступеням. От недвижных вечерних прудов, похожих на заполненные водой пропасти, тянуло прохладой и теми сложными запахами тайной глубинной жизни, которые становятся ощутимыми только вечером, на закате. Малиновый шар уже наполовину утонул в розовых облаках, собравшихся, как прибойная пена, у самого горизонта. Верхушки старинных лип весело золотились, заглядывая за окоем, но нижние ветви были по-ночному темны и сумрачны.

      Наталья Павловна, еще минуту назад оживленная, озорная, погрузилась в задумчивость.

      – У вас неприятности? – осторожно спросил Кокотов.

      – Да, пожалуй…

      – Вы разводитесь?

      – Вам уже рассказали?

      – Нет… Просто… Услышал…

      – Да, развожусь. Вы ведь тоже разводились?

      – Два раза.

      – Один раз с этой… с Обиход. А во второй раз?

      – С Вероникой.

      – Опасное имя! Скорее всего, разводились не вы с ней, а она с вами. Так ведь?

      – Да, она нашла себе богатого.

      – Дурочка! Богатые не женятся, а заводят жен. Огромная разница! Многие понимают это, когда уже поздно. Вы все еще любите ее?

      – Нет, конечно! – ответил Андрей Львович с такой решительностью, что Обоярова поглядела на него со снисходительной улыбкой.

      – Не спешите! – сказала она. – Любовь как инфекция: может прятаться в каком-нибудь закоулке души или тела, в одной-единственной клеточке сердца, а потом вернуться. Страшно вернуться! Если любовь зацепилась