не хочу быть в ряду: машина-группа-друзья-гараж. Я хочу свое особое место, не первое, не главное – главное это семья, но все равно особое. Понимаешь?
– Ну? – я осторожно вытирала вымытые тарелки.
– Ну и вот. Был бы он на гражданке, я бы подумала, что другую нашел, а в части у них из женского пола только медсестра да уборщица, обе в годах уже. До города далеко, их не пускают, то есть, девчонку найти негде. Я спросила напрямую: ты меня любишь? Как-никак два года встречаемся, имею право знать…
– А он?
– А он сказал…что не знает, Маш. То есть, времени разобраться у него не было, – у Пра снова потекли слезы по бледным щекам, – извини, я что-то совсем расклеилась.
– Ничего, ты не стесняйся, – я неловко погладила ее по голове.
– А я так не могу, Маш. Говорят, что надо, чтобы тебя саму любили, да только это фигня, – голос Пра окреп. – В одну ладонь не хлопнешь, любить оба должны. Пусть кто-то больше, кто-то меньше. Каждый в свою меру. А когда один не знает, то надо расходиться. Ну, мы и разошлись. Я предложила, а он не стал спорить.
– Жалеешь?
– Не привыкла еще. Пройдет время, переживу.
Она сильная, Пра, я сразу это поняла. Не то, что я. Мне так плохо из-за Дэна, я каждую ночь о нем думаю, а мы ведь даже не встречаемся.
– Он сказал, что боится меня потерять, что я ему нужна. А сам ни малейшего шага не сделал навстречу, просто исчез. Я сама позвонила, а он даже разговаривать со мной не захотел. Будто я этого не заслужила. Жесть, Маш. Такая жесть. Но ты знаешь, мне кажется, все через это проходят. И никто еще не умирал.
– А бедная Лиза? – говорю я в надежде развеселить Пра хоть немного.
– Да глупо это все, – она махнула рукой, – Лиза какая-то. Я еще встречу офигенного парня…только не знаю, когда. И где. Все же встречают как-то.
– Не все, – осторожно возражаю я. – А иногда встречают так, что лучше бы и не встречать.
– Это как так? Ты о себе, что ли? Давай уже, выкладывай.
Пра, она такая, с полнамека понимает. Ну, я и выложила. Про кафе, про Дэна, про наш вечер, про смс. И про то, что спокойно не могу на него смотреть, что он нужен мне, очень нужен, что я устала быть одиночкой и хочу мужское плечо рядом, а Дэн красивый, как эльф, у него такая гладкая кожа и сильные руки, а я даже Изке не могу рассказать, потому что она меня осудит, а я не хочу, чтобы меня осуждали, я ничего такого не сделала, никому не изменила, и он тоже никому, но все равно это безнравственно, скорее всего, а я больше не могу так…
Пра внимательно слушала, положив подбородок на сплетенные пальцы, не сводя с меня глаз. Потом встала, погладила по голове, подошла к плите, выложила котлеты на тарелку, стала сливать рис.
– Ты тоже меня осуждаешь?
– За что, Мари? За что я могу тебя осудить? За то, что тебе понравился парень?
– Нет, за то, что я позволила…позволила ему…
– Ох, ну тебе же не двенадцать, это объяснимо. А потом, у тебя хватило ума притормозить, до секса же у вас не дошло. Если бы дошло, было бы тяжелее.
– Почему?
– Ты бы привязалась. К первому мужчине