мэрии показывали одиннадцать. До обеда еще было время.
– Надо узнать, кто у них главный по канализации, – предложила Шишкина. – Ему все и расскажем.
– Не годится, – отрезал я. – Подумай сама: человек, может, ни разу иностранцев вблизи не видел, а тут приходят сразу два и говорят: «Мы у вас свои очки утопили, найдите их». Он будет шокирован, растеряется, забегает по этажам, и толку мы с него не поимеем. Такие контакты надо осуществлять опосредованно. У тебя тут знакомые есть?
– Может, и есть… Только как я их узнаю без очков?
– Тогда будем через моих. Главное – грамотно все изложить.
Мы прошли узким коридором, толкнули железную дверь и оказались в подобии бомбоубежища. Потолок этого огромного помещения был весь опутан сложным переплетением труб, шлангов и проводов, с которых свисали отсохшие концы изоленты, клочья паутины и таблички с названиями отделов. Под табличками теснились письменные столы, шкафы с документацией, стеллажи, тумбочки и перегородки. Меж ними сновали одинаковые люди в белых рубашках, рабочие муравьи бюрократического муравейника. Кое-где рубашки перемежались с более либеральными нарядами дам. Одна из них сидела прямо напротив входа и сражалась с допотопной пишущей машинкой в две тысячи иероглифов. Согнувшись в три погибели, она подолгу водила пальцем по широченной матрице; отыскав нужный иероглиф, брала его на рычаг и наносила удар по листу, после чего ставила на место и принималась за поиски следующего.
Я пытался сообразить, к кому лучше обратиться, как вдруг печатающая дама решила разогнуть натруженную спину и заметила нас с Шишкиной.
– А-а-а! – обрадовалась она. – Дзинаида-сан!
– Знакомая? – спросил я.
– Ой, не вижу, – растерялась Шишкина.
– Доброе утро, – обратился я к даме. – Мы из университета.
– Помню, помню, – ответила дама. – Доброе утро. Как поживаете?
– Спасибо, – сказал я, – в целом неплохо. Но есть маленькие частности. Я бы даже сказал, есть серьезные проблемы. Которые требуют отдельного, обстоятельного разговора. И нам нужен человек, способный такие проблемы решать. Если вы не возражаете, я вам обрисую нашу проблему в двух словах. У нас очки в унитаз уплыли.
– Подождите минуточку, – не моргнув глазом, сказала дама и исчезла за перегородками.
– Смотри-ка, – повернулся я к Зинаиде. – Она даже имя твое помнит.
– А я всегда по имени представляюсь. Не люблю, когда они меня по фамилии зовут. У них некрасиво получается.
– Это как – «Сиськина»?
– Ну, типа того.
Дама вынырнула обратно из-за перегородок и повела нас этажом выше. Судя по всему делу был дан ход. Табличка на кабинете, куда мы вошли, гласила: «Начальник общего отдела».
– Здравствуйте, – начал я с порога. – Мы из университета. Вот эту женщину зовут Зинаида Шишкина. Она математик. Крупный ученый в своей области, уникальный специалист. Случилось так, что ее очки уплыли, а без них научная работа невозможна. Положение крайне серьезное, и мы хотели