березки окружали ее со всех сторон, белыми стволами отчетливо выделяясь на фоне наступивших сумерек.
– Здесь и заночуем, – решила я, останавливая коня и соскакивая на землю.
– Я разведу костер, – отозвался Дейн и, стреножив коня, пошел собирать хворост.
Я же наколдовала каждой лошади кормушку, куда насыпала отборного овса, купленного нами в одной из встреченных деревень, и колоду с водой. Затем достала два одеяла и расстелила их. Одно предложила Робину, но тот категорически отказался:
– Не имеет смысла, я не сплю, а сидеть мне безразлично где и на чем.
Вернулся Дейн, сложил сучья, отошел за чем-то к мешку. Я не глядя подожгла хворост, и пламя весело заплясало, отбрасывая красные блики на поляну. Затем я начертила большой охранный круг, чтобы от всяких сюрпризов поберечься, и наша компания расположилась вокруг костра. Мы с Дейном грызли яблоки, коими меня щедро одарил Зарий, Тимошка, играя, охотился на кого-то в траве, а Робин периодически подкладывал в костер новые ветки.
Вопрос о дежурстве не обсуждался, но скелет заявил, что «на всякий случай, охранять будет он, и только он! Поскольку никогда не спит. И делать ему особо нечего. А если же кто из леса сунется, так он его своим видом еще и напугает, чтобы неповадно было»!
Дружно посмеявшись над печальной перспективой незадачливого нарушителя покоя, мы отправились спать. Дейн на свои одеяла, а я на свои, подхватив Тимошку на руки. В обнимку с котом и уснула.
Утром меня разбудил щебет птиц. Я потянулась, высунув нос из-под одеяла, и тут же засунула его обратно.
Несмотря на горящий костер, было достаточно прохладно и рано. Робин сидел у огня, рядом с ним расположился кот, оба о чем-то спорили шепотом. Неподалеку от меня заворочался Дейн, его одеяло сползло до пояса.
«Замерзнет ведь!» – подумала я и, поднявшись, подошла поправить.
Пока я совершала сие действо, Дейн заворочался снова (я застыла, боясь разбудить), а затем произнес ровным и четким голосом:
– Оставь меня в покое!
«Это он мне?» – мысленно удивилась я. Вроде я аккуратно все делала, не тревожа его.
– Я же сказал, что не женюсь! – грозно сдвинул он брови.
– Ага, – облегченно выдохнула я, – все-таки не мне! Поправив одеяло, я вернулась на свое место. Засыпая вновь, подумала, что было что-то необычное в его голосе. Властность какая-то. Да и тема странная.
Ну да мало ли что во сне может присниться. С этими мыслями я зарылась носом в одеяло и уснула.
Серое безлюдное место. Чувство одиночества ощутимо давит мне на плечи. Свистящий ветер забивает дыхание, режет глаза и заставляет плотнее запахнуться в плащ. Поднятая пыль, словно метель, заслоняет обзор на десятки метров вперед. Я упрямо иду вперед, не обращая внимания на все эти странные фокусы разыгравшейся стихии. Знаю, что впереди меня ждет то, ради чего я проделала весь этот путь. Осталось совсем немного. Внезапно из пыльной мглы буквально в сантиметре от меня возникает человек. Седой старик с пронзительными черными глазами.
– Не ходи! –