не замечая ничего, ведь все ее мысли – это ожидание.
Вечером за ужином Виола смущенно опускала глаза. Ей показалось, что семья внимательно к ней присматривается, стараясь понять, что же происходит с милой девушкой. Возможно, так и было, но никто не коснулся этой темы, степенно кушали, не нарушая этики, молча. Слышался изредка звук столовых приборов, соприкасавшихся с фарфором сервировочных тарелок, наполненных вкусной едой. Насытившись, некоторое время старшее поколение продолжило степенную беседу, рассуждая о событиях прошедшего дня, предполагая, что предстоит на завтра, да и мало ли какие еще могут существовать темы для разговоров в большом разновозрастном семействе, дружно живущем под одной крышей в родных пенатах.
Виола извинилась и поднялась в свою комнату. Лицо горело, легкий озноб холодил ее, поэтому быстро завершив вечерний туалет, поверх роскошной шелковой сорочки, украшенной нежнейшими кружевами, надела шерстяной халат и забралась под воздушное облако одеяла. Заправила распушенные волосы под чепец, чтобы не путались ночью, когда она, забывшись беспокойным сном, станет метаться на подушке, даже спящая, не справляясь с перевозбуждением прожитого дня.
Ей снилось бушующее море, каравелла, мчащаяся на всех парусах к берегу. Так хотелось увидеть лицо капитана за штурвалом! Какой он, это смелый морской волк, такой долгожданный и желанный? Это был ночной бред разгоряченного воображения, она слишком перегрелась в постели. Просыпаясь несколько раз, с горечью понимает, что еще не рассвет, снова проваливается в сон.
Наконец, в доме стало прохладно, Виола почувствовала это, проснувшись. Еле слышно доносятся звуки суеты, значит, прислуга скоро вновь растопит печь. «Вот и утро! Оно сегодня обязательно доброе…», – улыбнулась Виола. Сладко потянулась под одеялом, истома разлилась по всему телу. «Как хорошо!»
Припомнились картинки тревожного сна. «Куда ночь, туда и сон», – сняла чепец, тряхнув шелковистой копной роскошных волос. Как она мила в этот утренний час!!! «Надо встать пораньше… Каравелла наверно уже преодолела те долгие мили, о которых сказала матушка», – размышляет она, выбираясь из постели, нагретой её молодым нежным телом. Торопливо завершив утренние процедуры, поспешно облачившись в теплое платье, ведь утром на берегу студено, и, не дожидаясь, когда проснется семья, не желая думать о завтраке, бесшумно, оставаясь никому незамеченной, выскользнула за тяжелую парадную дверь. Рассвет еще лишь забрезжил, воздух насыщен сыростью и запахами растений. Виола торопливо засеменила по дорожке со двора, выйдя за ворота, стала спускаться по тропинке на побережье, все отчетливее слыша рокот океана.
«Что сейчас увижу? Вдруг каравелла уже причалила, тогда я опоздала, и Он не увидит меня, встречающую, как я представляла?» Она прячет от порывов ветра лицо в воротник, снова придерживая полы шляпки, а глаза разглядывают побережье, открывшееся её взору. «Успела!» – вздох облегчения вырывается из девичьей груди.
Судно