и даже выглянул из-за словаря.
– Я скоро вернусь.
Когда за Одинцовой захлопнулась дверь, преподаватели облегчённо выдохнули и перестали делать вид, будто чем-то заняты.
– Вернётся? – усмехнулась Голдберг. – А она упрямая! – старушка покачала головой. – Я бы на её месте написала заявление об увольнении.
– Долго не продержится! – рассмеялся Громов. – Скоро волком взвоет и след её простынет, только мы её и видели.
– Дмитрий Викторович, вы говорили, что она взвоет после лужи на стуле, – заметил Мироненко, – а она где-то раздобыла фен, высушила юбку и пришла на занятие. Там её обсыпали сажей, но она поехала переодеваться, чтобы провести следующие пары. Она не сдастся.
Громов снисходительно поглядел на молодого коллегу.
– Паша, поверь профессору, много повидавшему в жизни и кое-что понимающему в женщинах – эта дамочка недели не выдержит. Самое большее – три дня. Сложно находиться в коллективе, который тебя ненавидит. Ещё сложнее этим коллективом руководить, особенно, если не имеешь руководящего опыта. И хоть десять ректоров будут тебе покровительствовать, травли коллег и студентов не избежишь.
В этой аудитории парты стояли сплошными рядами. Соня села со Светой и Лёшей, чтобы не отдаляться от людей, которые так любезно составили ей компанию и посвятили в университетские интриги.
Проблемы филологических исследований – скучная дисциплина, но Громов был талантливым педагогом и мог превратить унылую лекцию в представление. На каждом семинаре он устраивал опрос и тут уже не щадил никого.
«На лекциях говорю я, на семинарах – вы», – принцип его работы.
Громов подолгу беседовал с каждым студентом, задавал каверзные вопросы, если студент не мог ответить – злился. Громов требовал от студентов безупречных знаний и никогда не делал поблажек. В общении он иногда был груб, девушек доводил до слёз. Наверное, поэтому студенты его не любили.
Со звонком в аудиторию вошёл высокий мужчина в чёрных брюках и синей рубашке. На его правой руке блестели часы, на левой виднелся браслет с эмблемой университета. Соне показалось это неуместным. Громову было сорок два года, но выглядел он моложе. Преподаватель сел за стол и открыл ежедневник.
– Добрый день! Если кто-то забыл, меня зовут Дмитрий Викторович. Я – доктор филологических наук, профессор, заместитель заведующего кафедрой. Преподаю дисциплины для студентов филологии и журналистики. Я читал вам лекции на первом курсе…
– Да, – перебила Света, – по введению в филологию.
– Верно, – кивнул Громов, – в этом семестре я буду вести проблемы филологических исследований. Староста, где список группы? Я отмечу присутствующих, а отсутствующим передайте, что прийти на мой семинар неподготовленными – всё равно что прийти к голодному тигру. Но не прийти – ещё хуже, на сессии проблем не оберётесь.
Громов посмотрел на Софью, и она поёжилась под этим холодным взглядом. Громов показался ей странным. Она не понимала, когда мужчина