Аркадий Застырец

Кровь и свет Галагара


Скачать книгу

по улицам Айзура юные охотники во главе с Ур Фтою и, выехав за ворота, с криками, посвистом и смехом по дороге, слегка припорошенной снегом, умчались за горизонт.

      Вскоре по знаку царя, поднявшегося на самую высокую башню, зарокотали гаргасты, жители Айзура высыпали из своих домов, их гости покинули светлые шатры, и все потянулись к площади Зьаф, где всегда происходили главные события праздника. Айзурские девы еще вертелись и прихорашивались у бронзовых зеркал, вплетая в косы скатную сурь и отборные клакталы, подводя угольком глаза или подтачивая ноготки мабровым брусочком. А юноши, не торопясь, подражая взрослой повадке, вызывая то смех, то возгласы одобрения, уже вышагивали по улицам, направляясь к месту предстоящих испытаний… Короче говоря, как поется в старинном цлиянском эрпарале:

      Волны долгого холода —

      В брызги соли и солода!

      Стар и молод по зову спешат.

      Солнца ясного молотом

      Чаша мрака расколота!

      Снова светлый пришел Золоват…

      ***

      Тем временем, отряд под предводительством наследника поднимался все выше в горы, уходил все дальше от столицы, закипавшей весенним празднеством. Прежде царевич Ур Фта ни разу не выезжал за пределы простиравшихся вкруг Айзура лугов, где в сопровождении друзей и наставников доводилось ему верхом гонять серых зудриков, подстреливать на звук и с подсказки чернорылую бириссу или вынимать из капкана зубастого задиру кухалли. Но по рассказам опытных охотников царевич знал, что все эти детские забавы нельзя и сравнивать с промыслом на Приоблачных лугах Шо, там, куда вели от подножия крутые извилистые тропы. Гаварды легко проходили по ним на своих мягких и цепких лапах, унося ввысь цлиянских охотников и возвращаясь в долину с грузом обильной добычи. Наследник Ур Фта всегда с восторгом и завистью притрагивался к свежим охотничьим трофеям: к нежному меху и длинной невесомой шерсти, к ветвистым рогам и гладким, словно отполированным вручную, клыкам убитого горного зверя.

      Вестимо, теперь, поднимаясь в горы, не мог он обернуться и созерцать родной Айзур: как раскинулся тот в долине величественной звездою с круглой площадью Зьаф посредине. Зато с наслаждением вдыхал царевич слегка заострившийся воздух, наполненный ароматами дерева ави, поздних трав и цветущей айолы. Он не видел, как перебежала тропу перед самою мордой его гаварда и, переливаясь волнами, брызнула по свежему снегу в колючие заросли серебристо-черная вейра. Но он услыхал ее фырканье, шорох взметнувшегося снега и уловил резкий соблазнительный запах прежде, чем его спутники загалдели, приметив, и заспорили, стоит ли преследовать зверя. Не дано было слепому наследнику цлиянского престола полюбоваться стадом гордых шарпанов, вышедших из лесу и неторопливо поднимавшихся заснеженным склоном. Но он раньше других вздрогнул и выхватил стрелу из колчана за спиной, когда взлетел и раскатился эхом глубокий волнующий рев вожака стада. Эф Тун, находившийся