о сексуальности, о том, как писала сообщения Ванессе, потому что только Ванесса могла спасти ситуацию, но все это не имеет смысла, поскольку мобильник Райны пищит. Она бросает резкий взгляд на экран и отключает телефон.
– Джереми обещал, что справится со всеми четырьмя. Отлично справляется – с тем, чтобы засыпать меня глупыми вопросами. Милый муж, я уверена, что трусы Элоизы лежат в ящике с трусами Элоизы.
– А где же Глория?
– Я даю ей выходной по субботам. Два раза в месяц.
– Очень гуманно с твоей стороны.
– Господи, Уилла! Я и так все знаю. Я работающая молодая мама, дети которой все время с няней, я донельзя избалована, и как мне не стыдно, и все такое. Честное слово, я все понимаю! Но сегодня именно ты попросила меня подвезти тебя до ресторана, потому что твой супруг нарушил священный закон Шиллы.
Клифф смотрит в зеркало заднего вида, потом быстро отводит взгляд.
– Что за Шилла?
– Неужели ты не слышала? Так мы называем вас, ребята, – Шон и Уилла, получается Шилла. Вы же все делаете вместе, – она улыбается, понимая, что это довольно гадко, но вместе с тем достаточно верно.
– Шилла, – повторяю я. – Звучит как название эскимосского города где-нибудь на Аляске.
– Ну, все лучше Бранджелины.
– Мы могли бы стать Бранджелиной.
– Ну нет, ты не Энджи, – говорит она, но вовремя останавливается. – Ладно, прости, я просто завидую. Ты могла бы быть на месте Энджи.
Мы обе знаем, что я не могла бы быть на месте Энджи, но все равно это очень мило с ее стороны.
– Не поняла, а чему ты завидуешь?
– Тому, что вы, ребята, постоянно вместе. Помнишь, год назад или около того мы с тобой собрались пойти на маникюр, а Шон увязался с нами, потому что ему было совершенно нечем заняться в воскресный день?
– Да уж, если так смотреть на вещи – все довольно печально.
Почему он тогда потащился с нами? Потому что не нашлось занятия получше?
– Ну что ты, это очень мило. Так мило, что порой тошнит. – Райна смеется, потом, задумавшись, рассматривает свой маникюр. – Знаешь, когда Джереми в последний раз добровольно соглашался провести со мной время?
– Не говори так, – прошу я. – Он любит тебя. И к тому же сегодня Шона с нами нет, значит, мы не постоянно вместе.
Потому что у него много дел в баре «Виноград». Потому что он слишком устал, чтобы целоваться со мной в Hop Lee в ожидании роллов!
Мы стоим на светофоре; пробка кажется бесконечной, таксисты сигналят, пешеходы мечутся, лавируя между машинами и не обращая внимания на пешеходные дорожки, переходы и какие бы то ни было правила дорожного движения.
Я опускаю оконное стекло и кричу:
– Для кого правила придумали?
Сердитая девица лет двадцати с хвостиком, оторвавшись от дрянного журнальчика, который читает на ходу, показывает мне средний палец. Залившись краской, я тут же поднимаю стекло.
– Не знаю, зачем я это сделала, – мычу я.
– Не важно, – Райна вздыхает, – постарайся не скандалить. В моей жизни и без того достаточно дерьма.