Христа есть Отец, как Его Сообщник.
Отрицают, что Истина делится на Две Части. Нельзя перекусить одним словом:
– Перекусить.
– — – — – — – — – — —
Почему Пенелопа, вопреки свой физиологи, двадцать лет ждет Одиссея? Отвечают:
– Тогда так было принято.
Сейчас?
– Тоже.
Всегда?
– Однозначно.
И она ждет реально, не условно, но только на сцене, а на Сцене, находящейся внутри сцены:
– Вообще на радостях, что бывает и жизни счастье, устроила для всех – может и платный, но всё равно совершенно свободный для людей, свободно владеющих – как Яго – обеими пространствами, как Полей, так и Текста:
– Публичный Дом.
ЭССЕ
Часть Первая
26.12.18
Радио Свобода на этой неделе 20 лет назад. Мама мыла мерс: Новый русский букварь
Иван Толстой сказал – не стал переслушивать к чему – что:
– Сарказм и шутки – это стеб, – что значит:
– Не есть натюрлих!
Что тогда натюрлих? И представил:
– Катя Метелица! – итс ми.
И эта Катя Метелица представила этот натюрлих – несмотря на то, что в виде новых русских универмагов – опять двадцать пять:
– Да, То Есть, Как Бы, – и настоятельно в конце себе посоветовала:
– Мы будем и дальше Этим заниматься!
Делается и делается, и продолжает делаться одна и та же ошибка, заложенная в фундамент советской власти Ле:
– Тавтологизация, – каким и является перевод Гоблина, который был тут упомянут, но уже не по имени, а по ушедшей в народ в виде вот этой Кати Метелицы:
– Порнографии – зам: Подзаборной курсивности, – называемой в школе, где они куку-ют ОБРАЗ-ностью.
С полной уверенностью, что уж здесь-то нас не трогайте, умники.
Нельзя думать, что Иван Толстой таскает эту Рыпку на показ, как на выставку продолжающей советской власти и в виде ее только переименованных Домов Пионеров, – ибо делает это слишком сиськи-миськи.
Почему все дети и радовались, когда узнали, что им прислали не такую вот Катю Метелицу, – а:
– Не влюбляйтесь вы в курсисток! – и знаете почему:
– Они намного не только глупее таксисток, – главное:
– Наглее.
Ибо, что такое Образ-ность? Почему она плоха, – а:
– Так как это и есть Униженные и Оскорбленные Федора Достоевского, – но!
– Не надо их копировать в рассказе, которым является и радиопередача.
А только так и сказать в начале:
– Униженные и оскорбленные новыми русскими богатырями Букваря из дорого, – но имейте совесть понимать:
– Опять двадцать пять из пластика, – хотя и – как сказал Александр Баширов в фильме Край:
– Всем вам будет счастье, но уже за:
– Дорого.
А то, что дотянет до уровня того же самого, что и было – в этом нельзя сомневаться ни на минуту, так как другое – удивительное –