встали. К тому времени я уже присел на свободное место и, по обыкновению, прислонив голову к стеклу, смотрел в окно. Мое внимание привлек баннер со знакомой стилистикой. На фоне неглубокой прозрачной реки, дно которой было прекрасно видно и, судя по картинке, было каменистым, стоял человек в сером классическом костюме. Он смотрел вперед, будто высматривая что-то, держа в левой руке знакомую плашку для записей. Над ним, почти под самой верхней границей плаката, яркими светло-синими буквами написано – «Формирователи».
ГЛАВА 5.
Еще недавно, возвращаясь со смены домой, бредя по дороге вдоль стадиона, я встретил ее, ту самую, еще недавнюю старшеклассницу, которая клялась ждать меня из армии, лишь бы я дал ей слово, что у нас все серьезно. А сегодня вечером, мы уже сидим на полуразбитой лавочке на том же стадионе, попивая дешевое пиво и страстно пытаясь друг друга съесть, трогая руками везде, куда те самые руки могли дотянуться. Приятно находиться рядом с человеком, который не задает лишних вопросов и понимает тебя с полуслова. Вот так, после каких-то полутра месяцев, у меня, категорического противника близких связей, появились отношения. Она ждала меня после работы, готовила к моему приходу, когда не училась в колледже, одевалась как я просил, делала, что я просил. Я, в свое время, тратил на нее все свое свободное время, помогал финансово. Иногда, ночевали друг у друга, когда представлялась возможность. В итоге, все общение все равно сводилось к половой жизни, хоть в то время нас обоих это и устраивало. В перерывах между обсуждением того, кто как хочет попробовать сегодня ночью, мы разговаривал о наших возможных перспективах. Она мне рассказывала, как сильно хочет закончить колледж и пойти работать тренером или преподавателем адаптивной физкультуры по профилю. Это значило, что работать ей пришлось бы с детьми, имеющими отклонения в развитии, что, как я считал, несомненно повлияло бы на нашу совместную жизнь. Все просто – она очень впечатлительная, а я не хотел бы вечерами выслушивать как моя подруга устала смотреть на пускающих слюни детей и подростков. Я, в свою очередь, рассказывал ей, как тоже закончу физкультурный факультет заочно, пока работаю и попробую вернуться к себе в родную школу учителем физкультуры, а может быть пойду по стопам своего тренера и займу его место на гребной базе и буду воспитывать чемпионов, одним из которых я не стал, провалившись с треском на чемпионате России среди юниоров в Воронеже. Мы с ней оба были гребцы. Удовлетворившись званием кандидата в мастера спорта, вырванным в жесткой борьбе на состязаниях федерального округа, я забросил попытку стать профессиональным гребцом. И вот в тот самый момент, осознав, что спортсмен я вовсе не от бога, а от стараний и характера, впервые задумался, а кем я могу стать, если не профессиональным спортсменом? В то время я был уверен на все сто, что поеду на олимпиаду в 2012 году и заберу там как минимум третье место. Чуть позже мне истолковали, что такое юношеский максимализм.
В тот момент, меня такая