Тай-шу был очень доволен своей жизнью в Цзин. Он постоянно набирал солдат и покупал лошадей, одновременно обучая свою армию. Все рабы и преступники из соседних мест бежали в Цзин, где их принимали. Таким образом, за пару десятков лет влияние Тай-шу усилилось. Чжэнский Чжуан-гун узнал об этом. Несколько министров попросили его не медлить и позаботиться о Тай-шу из города Цзин, сказав, что тот готовится к восстанию. У Чжуан-гуна уже были свои мысли на этот счет, но вместо этого он сказал, что они совсем не понимают о чем говорят, и высказался в защиту брата: «Да разве вы не видите, что Тай-шу не щадя себя тренирует солдат во благо нашего царства Чжэн?» Министры продолжали волноваться о правителе, переговариваясь между собой, что сейчас нельзя так слепо доверять Тай-шу, ведь «тигр вырастет и начнет нападать на людей». Когда этот момент наступит, будет уже слишком поздно.
Прошло совсем немного времени, и Тай-шу действительно прибрал к рукам два маленьких городка недалеко от города Цзин. Местные чиновники доложили Чжуан-гуну о захвате Тай-шу двух городов. Тот молча слушал, медленно кивая головой, его глаза бегали туда-сюда, как будто в уме он что-то просчитывал. Министры были встревожены, Чжайцзу сказал: «Тай-шу обучил войско и занял два города. Разве это не восстание? Повелитель, вы должны немедля послать войска для его подавления!» Опустив голову, Чжуан-гун сказал, что Чжайцзу совсем ничего не понимает. Он объяснил: «Тай-шу – любимец матушки. Я охотнее потеряю несколько городов, чем раню братские чувства и огорчу мать». Генерал по имени Гунцзы Люй сказал: «Повелитель, сейчас вы всецело доверяете Тай-шу. А если в будущем он не будет повиноваться вам, что вы будете делать?» Чжуан-гун с большой уверенностью сказал: «Нет смысла больше об этом говорить. Когда придет время, всем станет ясно, кто прав и кто виноват».
Через несколько дней Чжуан-гун приказал дафу Чжайцзу присматривать за делами двора, а сам отправился на службу к вану в Лои. Когда Цзян-ши узнала об этом, она тотчас написала письмо и послала свое доверенное лицо в Цзин, чтобы передать Тай-шу, что сейчас самое время для захвата Синьчжэна.
Получив письмо от матери, Тай-шу был очень доволен. Написав ей ответ с датой выступления войска, он объявил своим солдатам: «Повелитель приказал мне отправить войска для защиты столицы», – и стал готовить боевые колесницы для похода. Ему было невдомек, что Чжуан-гун уже велел Гунцзы Люю все устроить. Гунцзы Люй приказал, чтобы человека, который доставлял послание Тай-шу к матери, задержали, забрали у него письмо и передали его Чжуан-гуну. Чжуан-гун всего лишь притворился, что едет в Лои. Он тайно сделал крюк и повел двести боевых колесниц в сторону города Цзин. Организовав засаду, он просто сидел и ждал, как рыбак ждет, когда рыба клюнет на приманку, пока Тай-шу выступит.
Гунцзы Люй приказал нескольким солдатам нарядиться торговцами и пробраться в город. Когда войско Тай-шу покинуло Цзин, они зажгли костер на башне над городскими воротами. Увидев огонь, Гунцзы Люй немедленно повел многочисленную