Оказался умнее, чем кажется. И как он вообще на тебя посмотрел?» Самооценка и мечты о любви Марго рухнули окончательно.
Виктория Александровна болела последние два месяца: инсульт, её парализовало на половину, но и при таком состоянии она не переставала критиковать дочь. Марго добросовестно ухаживала за матерью: кормила, меняла подгузники, мыла, делала массаж. Хотя, по словам больной всё делала не так. Эти два месяца вымотали Марго. Когда Виктория Анатольевна скончалась, Марго почувствовала облегчение. Но тут же стала корить саму себя за это чувство, какая-никакая, а она была ей матерью.
Ожидания Марго, что её жизнь, обретя свободу от постоянной критики, станет лучше – не оправдались. Было уже поздно. Дело не только в возрасте, а в том, что критика матери за всю жизнь пропитала Марго, въелась в тело и мысли. Она так и осталась зажатой, неуверенной, слабой, Марго даже стала критиковать сама себя, все свои действия и мысли вместо умершей матери.
Прошёл месяц со смерти матери. Марго готовилась ко сну, было около двенадцати. Она только закончила проверять тетради своих учеников, как услышала стук в дверь. Знакомый стук. Так стучала её мать, когда возвращалась с работы или из магазина. Марго замерла: «Показалось?» Но стук повторился. «А вдруг кому-то из соседей плохо и нужна помощь?» Марго решила посмотреть. Она подошла к двери, стуки стали настойчивее. Не успев посмотреть в глазок, услышала голос матери за дверью: «Ну и долго ты там будешь возиться? Что ты за растяпа? Быстрее открывай!» В голове у Марго помутилось, перед глазами всё поплыло, словно в гипнозе открыла замок. Дверь с силой распахнулась, как от резкого порыва сквозняка, Марго ударилась о стенку и потеряла сознание.
Через какое-то время она очнулась, даже не поняв сначала, где она. За окном уже светало, и надо было идти на работу. Случившееся Марго списала на усталость, но непонятная тревога не покидала её весь день.
После работы, подойдя к двери квартиры, Марго уже собиралась открывать дверь. За дверью раздались до боли и ужаса знакомые шаги. Это были шаги матери, Марго выучила этот звук шагов за свою жизнь. Она замерла, шаги тоже замерли за дверью. Что-то промелькнуло в дверном глазке, словно кто-то посмотрел в него из квартиры. «Что делать?» Марго решила не рисковать, сердце бешено колотилось. Спустилась вниз и села на скамейку возле подъезда. Она устала, хотела есть, но страх был сильнее. И Марго даже не могла понять чего же она боится больше: того, что это что-то потустороннее или то, что это её… мать? При жизни матери Марго бы выбрала скорее квартиру с привидением. Марго улыбнулась, эта мысль немного отогнала страх и сняла напряжение.
Тут к подъезду подошла соседка тётя Валя с квартиры напротив.
– Марго, здравствуй! А чего это ты тут сидишь? Ключи потеряла?
– Здравствуйте, тетя Валя! Просто решила воздухом подышать. Уже думаю идти домой.
Марго встала и пошла следом за соседкой,