когда он любезничал с танцовщицами. Но если кроме всего этого? Да я дала парню полную свободу!)»
Но тем не менее, как говорит Эдна, «Живи как угодно, ягодка моя, но не позволяй эмоциям сорвать чертово шоу».
Вот после постановки того самого шоу начинается череда драматических событий, о которых я, естественно, говорить не буду, чтобы не плодить спойлеры.
По большому счету, дальнейшие события – очень хорошо описанная картина того, как наши действия и ошибки влияют на всю последующую жизнь: «После определенного возраста все мы бродим по этому свету с израненными душами, неспособными исцелиться, носим в сердце стыд, печаль и старые тайны. Эта боль саднит и растравляет нам сердце, но мы как-то продолжаем жить.» Здесь, конечно, надо отдать должное автору – сюжетные повороты, описание чувств героев, их диалоги – выше всяких похвал.
Действие происходит в военное время, в пятидесятые и шестидесятые годы. Забавно, что, глядя на «сексуальную революцию» хиппи, Вивиан снисходительно говорит – да у нас такая свобода была еще в сороковых. И это правда, как говорит сама Вивиан, «в жизни каждой женщины наступает момент, когда ей просто надоедает постоянно стыдиться себя. Только тогда женщина обретает свободу и может наконец стать собой.» То есть степень раскрепощенности главной героини совершенно нехарактерна для пуританской Америки тридцатых – пятидесятых. Так что по сравнению с Вивиан Кэрри Брэдшоу и ее подруги – просто монашки-бенедиктинки.
Еще в первой части романа Эдна говорит Вивиан: «– Ты, Вивиан, – не личность, а типаж. Точнее, типичная женщина. Удручающе типичная.» Позволил бы себе с этим не согласиться. Вивиан Моррис – незаурядная героиня. И уж никоим образом роман Элизабет Гилберт нельзя назвать «удручающе типичным женским романом». (NB – маленькая ремарка: все-таки по профессии Вивиан портниха и дизайнер, так что детальные описания платьев и туалетов придется все-таки, дорогие джентльмены, потерпеть).
Я вообще считаю, что нет мужской и женской литературы, есть плохая и хорошая. Роман «Город женщин» я бы однозначно отнес к хорошей без всяких гендерных привязок.
Photo courtesy of Nastya Gepp / pixabay.com / Лицензия СС0
Синдром де Клерамбо, воздушные шары и киллеры
«Неистовая любовь», Иэн Макьюэн (CBE, FRSA, FRSL – Коммандер Ордена Британской Империи, Член Королевского Общества Изящных Искусств, Королевского Литературного Общества), входит в неофициальный Тор-3 современных английских писателей вместе с Джулианом Барнсом и Мартином Эмисом.
«Неверно, что мысли не существуют без слов. Если вина относилась к прошлому, то чем будут определяться отношения с будущим? Намерением? Нет, оно не властно над будущим. Предчувствиями. Смутным беспокойством, неприязнью к будущему. Вина и предчувствия провели границу между прошлым и будущим, вертясь в настоящем – единственной временной точке, которую можно обозначить. Это не именно страх. Страх слишком сфокусирован, у него должен быть объект. Ужас – слишком