Я знал его тайну и теперь нагло ею пользовался.
– Пусть человек придет, после того как Горгона выплюнет огонь еще два раза. Я буду готов.
– Иди уже. – Я толкнул Жнеца в ногу, прерывая его особо возвышенное настроение. Если он сейчас начнет благодарить за полученную возможность заработать тушу коровы, этому не будет конца.
– Ты знаешь, где искать меня, когда я буду слаб.
– Знаю- знаю. Иди уже, а то твоя кожа начнет сползать здесь. Горгоне это не понравится, знаешь ли.
Жнец медленно начал отступать, потом все быстрее и быстрее пятясь задом, перевалил за вершину бархана и, развернувшись, задал такого стрекача, словно вспомнил, что начал устанавливать рекорд по пересечению материка пешим ходом. Двигался он настолько быстро и легко, что песок под его ногам почти не двигался и только фиолетовый след электрических разрядов перенасыщенной электричеством атмосферы, указывал путь, которым следовал Жнец до своего убежища.
– Уфф- выдохнул я. – День оказался не столь безмятежным, как казалось вначале. Я думал, что хороший ветер дотащит нас до логова Полоза к вечеру, и мы успеем с ним о многом поговорить, но планы изменились.
– Химера. Одно слово – Химера. Здесь могло произойти все и всегда.
– Фрэнки. Вставай. Нам пора. – Фрэнки снова улегшийся на песочек и принимавший солнечные ванны, пока мы разбирались со Жнецом и Шакалом, не торопясь, приоткрыл одну из своих броневых пластин.
– Мыы ужее идем? – пропел он.
– Нет – летим. – Огрызнулся я. Теперь я, не боялся Фрэнки. Может потому, что он не улыбался. Может потому, что меня занимала шкура Жнеца. А может быть, просто, потому что я думал о том, что снова уперся в одну из загадок Химеры, и она становилась все непонятнее. – Долг, который копил Шакал, мог быть чем угодно, и то, что это будет, что-то материальное, вызывало большое сомнение. Что я мог отдать такого Шакалу, чтобы он от меня отстал. Это меня заботило больше всего. Но я ничего не мог придумать – как просто пойти и сдаться на милость победителя, когда придет время. Но зачем ему мои три литра крови, когда вокруг есть чем поживиться?
– Тьфу! Так и свихнуться недолго! – Я пнул ботинком песок. – Фрэнки! Черт бы тебя побрал! Сколопендра скоро закроет Химеру и мы будем искать свой скутер с фонарями! Пошли!
Теперь Фрэнки услышал в моем голосе раздражение и сталь, которой подчинялся беспрекословно. Он поднялся на ноги, и так же переваливаясь и касаясь лапами-руками песка, зашагал к скутеру насколько возможно быстро.
С раздражением я, пожалуй, поторопился. Поскольку «быстро» для Фрэнки означало для меня «бегом». Бегом с пудовой гирей за плечами. Тем не менее, я бежал за Фрэнки старательно втаптывая его следы, поскольку хорошо понимал, что когда пылевое кольцевое облако, которое являлось спутником Химеры, и своими хвостами напоминавшее многочисленные лапы этой твари, закроет Горгону целиком – наступит не менее опасная дневная ночь.
Искать скутер с фонарями – выражение образное, оставшееся, в