и чтобы свидетели не закрылись. Никто не знает, какого рода может быть связь.
– Любовники?
– Не обязательно: недоброжелатели, враги и прочие.
– А как колдуна узнают, от него ничего не осталось?
– Ты шутишь? Мы прижизненные фото покажем. Там и остальные после издевательств убийцы не красавчики.
– Я где-то читала, что маньяки чаще всего некрасивые. Может, он поэтому уродует людей?
– Это ты лучше у Ирины Михайловны спроси.
Яна не стала ждать повторного приглашения к обсуждению с психологом, позвонила и высказала своё предположение.
– Что сказала? – поинтересовался Антон.
– Либо красивый, либо среднестатистическая внешность, но приятная. Он ведь умудрился заманивать своих жертв в странные места или они пускали его в места своего постоянного обитания.
– Готовим фото и вызываем наших фигурантов.
Антон и Яна, получив фотографии, сразу же позвонили жене первой жертвы. Она пообещала прийти на следующее утро.
Полицейские провозились четыре дня, один день— одно дело и с сожалением обнаружили, что никаких пересечений больше нет. Хотя колдун оказался человеком популярным, почти все видели его рекламный ролик в интернете. Яна из любопытства в конце четвёртого бесполезного дня их поисков, решила найти видео Натаниэля. Оказалось, что у него есть свой канал на одном известном видео хостинге. Он рассказывал там о таро, рунах, ритуалах. Естественно, колдун не забывал упомянуть, что обладает тайными знаниями, в которые посвящён только он.
Капитан решила, что нужно использовать в своей деятельности новые инструменты и начала просматривать социальные сети жертв, их жён. Она не нашла нигде только супругу колдуна. В аккаунтах остальных Яна промониторила столько фото, что у неё заболели глаза.
– Нормально. Развлекается она на рабочем месте, – веселился Антон.
– Знаешь, сколько фоток у жены первой жертвы?
– И сколько?
– Одна тысяча пятьдесят штук.
Антон взглянул через плечо Яны.
– Это точно она?
– Да, просто изображения отретушированные.
– Мать родная не узнала бы, мне кажется.
– Не наговаривай. Она и в жизни привлекательная женщина.
– Я согласен, но в социальных сетях она неестественно красивая.
– У тебя Маша не пользуется фотошопом?
– Я не знаю.
– А ты есть в социальных сетях?
– Нет, конечно. Мне некогда этим заниматься.
– Мне тоже. А девушка твоя есть.
– Да ладно?
Антон опять уставился в экран.
– У неё обычные фото. Вы оба борцы за естественность.
– Она у меня и так красавица. Зачем ей редактироваться?
– Все фотографии старые. С тобой в её жизни перестали происходить события, которыми можно поделиться. На последнем изображении она с подругой.
– Хватит беспокоить моё чувство вины. Я мало уделяю ей внимания и знаю об этом.
У