и стала ждать. Поросенок явно оживился: он подошел поближе, опустил мордочку, как будто нюхая угощение, и заинтересовано уставился на него. На какое-то мгновение девочке даже показалось, что его маленькие черные глазки, как на ножках, вылезли из своих орбит. Однако ничего больше не происходило. Поросенок продолжал все так же стоять, ничего не предпринимая, и лишь поглядывал то на паштет, то на Виктошу. Он явно не спешил расправиться с предложенным угощением.
– Ага, ты не хочешь есть это при мне? – догадалась девочка. – Ну, я пойду, у меня как раз есть одно неотложное дельце.
И она поспешила уйти, не забыв при этом плотно закрыть за собой дверь.
Папа с Андрейкой сидели на крыльце и играли в «летает – не летает». Виктоша подошла к брату и обняла его. Он попытался вырваться, но, видимо, папа в этот момент, как обычно, подмигнул ему и скорчил гримасу: «Женщины!.. Что с них возьмешь!» Андрейка послушно замер, потом сам неожиданно обхватил сестру своими маленькими ручками.
Она наклонилась к нему и прошептала: «Я больше не буду!» Он тоже подтянулся к самому ее уху и, щекоча его губами, очень серьезно прошептал: «Ладно, больше так не делай».
Папа деликатно кашлянул. Хлопнула калитка. Вернулась мама. Виктоша бросилась к ней, крепко-крепко прижала ее к себе обеими руками и спрятала лицо у нее на груди.
– Мамочка, я не знаю, что на меня нашло… прости – я была такая дура!
Мама вздохнула и погладила ее по голове.
– Ничего… бывает… Старайся держать себя в руках, хорошо?
Виктоша с готовностью закивала.
– Может, ты сегодня плохо спала?
Мама губами потрогала ее лоб.
«Сказать или не сказать?» – застучало у Виктоши в висках. – «Нет, пожалуй, пока еще рано…»
– Да, нет! Все хорошо! – и она еще раз крепко-крепко прижалась к маме.
Потом они убирали и мыли посуду, болтая о всяких пустяках. Андрейка то и дело вбегал на кухню или в столовую и сообщал о своих успехах «на полях сражений».
В свободное время они часто играли в две крепости, построенные на полу в их комнате.
– Ну, все, Виктошенька – все твои драконы захвачены в плен, колдуны разбежались, остались одни гоблины и солдаты. Что же теперь тебе делать? Ой-ей-ей-ей-ей…
Обычно Виктоша ужасно злилась, когда так бесцеремонно решали судьбу ее войска, но на сегодня она уже исчерпала весь свой запас раздражения, и эти жульнические попытки брата разгромить ее в ее отсутствие только смешили. Кроме того, ей все время не давала покоя одна мысль: «Выйдет? – Не выйдет? И если выйдет, то, что дальше?»
Как раз, когда все было убрано и вымыто, спустился папа – ему пора было ехать в Москву. И тут маме пришла в голову замечательная мысль.
– Серый, почему бы тебе не подбросить нас до Городка? Мы там погуляем, прошвырнемся по магазинам, может, сходим в кино, а обратно вернемся на автобусе.
– Вот, значит, как? Развлекаться? – папа притворно нахмурился. – А я-то думал, вы будете