в удачный исход своего боя с гарпиями. Равно, как и в возможность убежать от них. Поэтому был безмерно благодарен трём широкомордым великанам, которые, судя по всему, и спугнули его похитительниц. Сейчас эти зелёные здоровяки казались ему самыми лучшими, добрыми и благородными существами во всём Воллейне.
– Они не хотят попасть ко мне в животик, – обиженно ответил младший огр и заткнул некое подобие огромной рогатки за пояс.
– Промазал наш сыночек, – погладила его старшая с кольцами в ушах. Её голос помог Дилиону окончательно обозначить её, как «огриху». – Теперь будет без птичек в животике.
– Вы могли мне помочь! – крикнул на неё сыночек. – Как в прошлый раз!
– В прошлый раз мы были очень голодные, – ухмыльнулся старший с костью в носу.
Этот явно был не огрихой, а самым настоящим огром.
– Спасибо вам большое! – радостно крикнул наш герой, подойдя к отвесному, высокому и очень скользкому на вид берегу.
Небольшая глубина позволила ему пройти последние пять метров до него.
– Да не за что! – подошёл к краю берега огр и протянул ему свою здоровенную ручищу. – Жители Воллейна должны помогать друг другу.
Маг переложил кинжал в левую руку и протянул правую навстречу необъятной ладошке зелёного великана. Внезапно амулет на его груди стал бешено пульсировать.
«Это ещё что такое?» – нахмурился Дилион, вернул руку и обхватил ею мамин подарок.
– Что случилось? – спросил у него гигант.
– Не знаю, – пожал плечами парень, смотря на его широченную морду и большие зелёные пальцы, тянущиеся к нему.
Странные видения возникли в его сознании: огриха с кольцами в ушах сдирает кожу с живого бородатого мужчины, огрик насилует светловолосую девушку и отрывает ей голову.
Ужас сковал сердце нашего героя. Он побледнел и попятился назад.
А видения продолжились:
Огр с костью в носу сжимает молодого парня, как гармошку, держа его за голову и ступни. Огриха жарит на костре кричащих и плачущих женщину с мальчиком. Огрик наступает на грудь пожилому мужчине, отрывает ему руки и в ярости втаптывает голову несчастного в землю.
Дилиону стало плохо, жутко и страшно. Его затрясло и затошнило. Сейчас ему было намного хуже, чем в лапах у гарпий на сорокаметровой высоте. Не страшнее, но хуже. Страх, который он испытывал в полёте, был более натуральным и естественным. От него не выворачивало наизнанку душу, от него не хотелось выблевать все органы и украсить лужу своей рвоты своими же глазами ровно посредине.
«Огры-людоеды! – думал слабеющий от нахлынувших чувств маг. – Амулет предупреждает меня. Спасибо, мама»
Из самых лучших, добрых и благородных существ во всём Воллейне, его «спасители» быстро превратились в самых худших, мерзких и отталкивающих.
Он развернулся и побежал прочь от берега. Ему казалось, что всё вокруг просто сон, просто страшный, жуткий сон, и скоро он проснётся в лагере с Рогнаром, Дариэль, Габриэлем…
– Габриэль! –