зубы и оттянул уголки губ к ушам.
– Все просто отлично, дорогая!
– Ну, вот и хорошо. – Облегченно вздохнула Афелия. Джон был замечательным мужчиной, замечательным любовником, остроумным, заботливым, внимательным.
Но он был уже третий год!
За столь длительный срок явные достоинства уже не кажутся чем-то особенным. А вот недостатки вырастают до непотребных величин, иногда Джон казался таким занудой!
Афелия склонила голову на бок, окинула Джона оценивающим взглядом с головы до ног. Джон продолжал улыбаться.
– Вроде ничего себе мужчина… – Сказала она себе и рискнула ему улыбнуться.
Напряжение спало. На некоторое время ее нелепый наряд перестал раздражать Джона, а Афелию перестало раздражать то, что Джон постоянно думает о деньгах.
Раздался мелодичный сигнал охранной системы, предупреждающий о том, что к их участку кто – то приближается.
Джон стряхнул с себя оцепенение.
Возбуждение, предваряющее путешествия ему нравилось.
– Нам пора, дорогая – улыбнулся он супруге более искренне. – Это транспорт.
– Ах! – Всплеснула руками Афелия.
– Что такое? – Встревожился Джон.
– Макияж! – В ужасе закрыла лицо ладонями его супруга.
– У тебя замечательный макияж, дорогая! – Попытался он успокоить свою любимую.
– Он для дома! – Укоризненно посмотрела Афелия на Джона. – А мне на улицу выходить!
–Хорошо… – Поник Джон буйной головой к наручному калькулятору.
Ткнул на две кнопки. Получалось, что задержка рейса еще на час обойдется ему в три с половиной тысячи.
Он в напряжении закусил губу.
– Я быстро! – Попыталась оправдаться Афелия и пулей взлетела по лестнице в гардеробную.
Там же находилась и макияжная комната. Она не в пример гардеробу, занимала меньшую площадь. Всего около сотни метров. Точной цифры Джон не знал, поскольку появлялся там чрезвычайно редко.
– Джон… – Бар толкнул столешницей хозяина под коленку.
– Что тебе, Бэримор? – Грустно отозвался Джон.
– Коктейль?
– Спасибо.
– Может соку?
– Апельсиновый. Немного водки и лед.
– Ага! – Обрадовался Бэримор и быстренько соорудил необходимое. Он даже воткнул в стакан полосатую соломинку и добавил фиолетовый бумажный зонтик. Джон благодарно кивнул. Взял запотевший стакан и сделал длинный вкусный глоток, игнорируя соломинку Бэримора.
– Джон… А, Джон. – Не унимался Бэримор.
– Я слушаю… – Джон поставил отпитый сок на столешницу.
– Вы должны меня понять… Годы идут, а мы не молодеем…
– Я понимаю. – Отозвался Джон. – Годы действительно идут.
Хочется быть счастливым… Хотя бы немного.
– Хочется, Бэримор. Очень хочется.
Охранная система напомнила еще раз о том, что на территории участка Афелии и Джона находится чужой.
Джон посмотрел на часы. До начала транспортировки оставалось еще двенадцать минут. Ребята